Старожил (2)

— Мы с Мишей просто товарищи по команде.

— В-вот как? Ну да... я так и думал...

«С чего это он решил, будто так и знал?»

Я сделал вид, что не заметил его понимающего взгляда, и отпил пива. В следующую секунду Двалки с размаху уронил голову на стол.

Бух!

Теперь понятно, зачем он, хотя почти не умел пить, одну кружку за другой осушал одним махом.

«Блядь».

Так дневная пьянка и закончилась, толком не успев начаться.

Вырубившегося Двалки я оставил на попечение его лучшего дружка-дворфа и вышел из таверны. До вечера было ещё далеко.

«Тогда схожу в библиотеку».

Домой я не пошёл: отдых подождёт, пока я так мало знаю об этом мире.

Больше всего раздражало, что в общих чертах этот мир совпадал с игрой, а в мелочах постоянно с ней расходился.

Достаточно вспомнить того тролля. Я выколол ему глаза, однако тот почувствовал ману и всё равно бросился прямо к Двалки.

В игре ничего подобного не было.

Но кто знает — возможно, сведения об этой особенности давно записаны в здешних книгах. Полагаться только на игровые знания становилось опасно. Учиться придётся постоянно.

«И поиски сведений об Ауриле Гависе всё равно надо продолжать».

Забавно. В прежнем, цивилизованном мире я читал куда меньше, чем здесь.

— Значит, вы всё-таки вернулись целым.

В библиотеке меня встретила Рагна со своим неизменно сонным взглядом.

После нашего знакомства прошло уже несколько месяцев. За это время мы заметно притёрлись друг к другу — настолько, что теперь Рагна уже сама принималась меня поучать.

— Позавчера вы только вернулись, поэтому отдыхали. Но почему не пришли вчера?

— Были другие дела.

— Я понимаю, работа исследователя отнимает много времени. И всё же учёбу забрасывать нельзя.

Иногда эта женщина меня поражает.

Выговаривать варвару за то, что он мало занимается, — до такого ещё надо додуматься.

— Понял. Тогда начинай.

— ...Виердо Фарситиев.

После короткого разговора Рагна, как обычно, наложила на меня [Расширенный Поиск Книг], и я отправился между стеллажами.

На этот раз основное внимание уделил монстрам. Раньше я почти не читал о них: игровые знания казались достаточными. Теперь ситуация изменилась.

К концу дня желудок уже напоминал о себе.

— Всё, на сегодня хватит. Я проголодался. Спасибо за помощь.

— Подождите...

— Что?

— Я тоже ещё... Нет. Ничего. Не обращайте внимания.

Когда я вышел из библиотеки, на улице уже стемнело.

И тут меня ждал ещё один сюрприз.

— Добрый вечер, господин Яндель.

Я как раз возвращался к себе, вполне довольный проведённым днём, когда заметил возле двери женщину, которую уже встречал раньше.

Она была в чёрном с головы до ног, будто пришла на похороны, и при этом выглядела на редкость изящно, почти аристократично.

Как же её звали?..

— Ты... Урбанс?

— Джулиан. Джулиан Урбанс.

— Точно. Вспомнил.

— Господин Пета предупреждал, но я всё равно не думала, что вы и правда забудете моё имя.

Она устало вздохнула и принялась накручивать на указательный палец прядь вьющихся каштановых волос.

Возможно, это была просто привычка. А может, пальцы выдавали то напряжение, которого не было видно по лицу.

«Нервничает?»

Я не стал гадать дальше.

— А Пета — это кто?

Веки госпожи Урбанс дрогнули.

Кажется, теперь уже она решила, что ослышалась.

— Вы даже имени господина Петы, главы отделения, не знаете?

— А.

Так вот как зовут того усатого мужика.

И откуда мне было знать? Мы ни разу даже не представлялись друг другу.

Неловкость я почувствовал, но показывать её не собирался. Вместо этого сразу перешёл к делу.

— Так зачем ты пришла? И почему одна?

— Потому что вы не соглашались со мной встретиться. Пришлось прийти самой.

— По-моему, я уже отказался от твоего предложения.

— Может быть, хотя бы сочтёте это доказательством того, насколько я отчаялась?

Отчаялась, значит.

Если дочь районного начальника сама говорит такое, проблема у неё действительно серьёзная. Скорее всего, из тех, о которых посторонним не рассказывают. Иначе к человеку, которого считаешь способным брать людей в заложники, одна не приходишь.

Но лезть без спроса в чужую жизнь я не собирался.

— Мне всё равно. Иди домой. Чужие проблемы мне ни к чему.

Любопытство пришлось задавить, и я шагнул в комнату.

Когда дверь уже почти закрылась, Джулиан молниеносно сунула в щель свой зонтик.

Хрясь!

Затея оказалась паршивой.

Я всего лишь чуть сильнее потянул дверь на себя — и зонтик сломался пополам.

Бах!

Дверь захлопнулась.

— Что?..

Такого она явно не ожидала. Снаружи тут же раздался торопливый стук.

Тук-тук-тук!

— П-погодите! Давайте хотя бы поговорим! Это ненадолго...

— Хватит. Возвращайся домой.

— Да серьёзно! Вам совсем не интересно, почему я так себя веду?

— Совсем.

— Да чтоб вас!

Моя упёртость наконец подействовала. После короткой вспышки раздражения Джулиан пнула дверь, а затем быстро зацокала каблуками по коридору.

Я с облегчением выдохнул.

«Ну вот. Кажется, отвязалась...»

Цок. Цок.

Цокот, уже стихавший вдали, снова приблизился.

Она что, всё ещё не сдаётся?

Тук-тук-тук.

Как только снова постучали, я тут же изобразил храп.

Хр-р-р-р!

На этот раз я был уверен: если я вообще не стану отвечать, ей придётся смириться.

— Господи... и зачем я вообще это делаю...

За дверью послышался тяжёлый вздох.

Потом Джулиан, видимо, решила сменить тактику.

— Я знаю, что вы не спите. Просто послушайте.

Теперь она говорила тихо, почти шёпотом.

— Остерегайтесь Брауна Ротмиллера. Подробностей я не знаю, но сегодня он встречался с моим отцом... Ай! Зачем так резко дверь открывать?!

Вот это уже стоило услышать.

Поздняя ночь. В маленькой комнате — мужчина и женщина.

И между ними такая неловкость, что хоть ножом режь.

Причина простая: я всё-таки впустил Джулиан, а полезной информации у неё почти не оказалось.

— И это всё?

— Да...

Ротмиллера вызвали в кабинет районного начальника, а через пять минут он уже вышел.

Вот и всё, что Джулиан Урбанс сумела узнать.

Знал бы заранее — дверь не открывал бы.

— Тогда объясни хотя бы, чего ты сама добиваешься.

Раз уж она оказалась внутри, я решил наконец спросить о том, что теперь интересовало меня ещё сильнее.

Почему родная дочь готова идти против отца и сообщать мне о его встречах?

Джулиан собралась и произнесла с таким видом, будто объявляла приговор:

— Я хочу, чтобы мой отец лишился всего.

— Что?

— У меня нет другого выхода. Если ничего не изменить, я всю жизнь так и останусь его куклой. Поэтому мне непременно нужна ваша помощь, господин Яндель...

— Вон.

— Что? Подождите, вы неправильно поняли. Если поможете мне, сами получите огромную выгоду...

Какую ещё выгоду?

От вражды с районным начальником я получу только геморрой.

— Ай!

За эти несколько минут я уже понял, насколько она настойчива. Поэтому спорить не стал: просто поднял Джулиан, вынес в коридор и поставил на ноги.

Потом закрыл дверь на замок.

Похоже, она наконец поняла, что я не передумаю.

— Если передумаете, обязательно найдите меня, — сказала она уже снаружи. — И всё-таки будьте осторожны. Отец наверняка что-то затеял с этим Ротмиллером.

На этот раз Джулиан ушла без нового скандала.

Я помылся и лёг спать.

«Ротмиллер... Пожалуй, за ним действительно стоит понаблюдать».

Следующие дни прошли совершенно обычно.

Утром я ел мясо, которое жарила Миша. Днём сидел в библиотеке.

Эрвен, как и обещала, приходила раз в неделю. Тогда мы втроём ужинали и понемногу привыкали друг к другу.

Один раз мы всей командой собрались обсудить следующую вылазку.

«В прошлый раз на четвёртом этаже нам попался тролль, но, насколько я выяснил, просто не повезло именно нашей группе. С самим этажом ничего необычного не происходит. Думаю, можно придерживаться прежнего маршрута. Что скажете?»

Весь разговор я наблюдал за Ротмиллером, однако ничего подозрительного так и не заметил.

Разве что он был тише обычного.

От этого всё запуталось ещё сильнее.

Если районный начальник действительно что-то ему предложил, я втайне рассчитывал услышать об этом на общей встрече.

«Может, просто спросить в лоб, зачем он ходил к Урбансу?»

Это был самый прямой вариант, но пока я его отложил. До открытия Лабиринта оставалось достаточно времени, и осторожность казалась разумнее.

Так прошло ещё несколько дней. А три дня назад случилось ещё кое-что.

«Всё. Теперь долг закрыт. Возвращай браслет».

«А может, просто отдашь браслет мне?»

Тот самый дядька-медведь вернул мне пять миллионов стоунов.

На всякий случай я попробовал выпросить у него ещё и браслет, но он без раздумий отказал.

И чего жадничать? Всё равно вещь не для бойца дальнего боя.

Максимальную пользу этот предмет приносит персонажу с высокой регенерацией: пока действует невосприимчивость к урону, здоровье успевает быстро восстановиться.

«Если однажды окажемся в одной команде, попробую выпросить браслет подешевле».

На этом я перестал прокручивать в голове недавний разговор и посмотрел на часы.

[23 : 59]

До полуночи пятнадцатого числа оставалось ровно десять секунд.

Я снова закрыл глаза.

「Душа персонажа входит в резонанс и переносится в особый мир.」

Пора было вернуться к странному занятию, которое ждало меня раз в месяц.

Комната Ли Хансу, а не Бьорна Янделя.

Я бывал здесь уже не впервые, но ощущение странности никуда не делось. Первым делом я лёг на кровать.

«Да уж. Мягкость совсем другого уровня».

Разница между цивилизациями чувствовалась буквально спиной. И ведь матрас в прежней жизни у меня был самый обычный, не какой-нибудь дорогущий. Наверное, и здесь за большие деньги можно найти нечто похожее, но сейчас разница ощущалась слишком явно.

Щёлк.

Не вставая, я нажал большим пальцем ноги кнопку системного блока. Монитор загорелся мгновенно, словно компьютеру вообще не требовалась загрузка.

Пришлось садиться за стол.

Я попадал сюда только раз в месяц, да ещё и на ограниченное время. Каждую минуту нужно использовать с толком.

Щёлк. Щёлк.

Для начала открыл биржу.

Большая часть объявлений не изменилась с прошлого посещения, но новые записи появлялись прямо на глазах.

«Вернусь сюда чуть позже».

Я открыл список чатов.

В первый раз времени спокойно изучить эту функцию не было. Сегодня спешить не требовалось.

[Маги]

[Зверолюди, собираемся здесь]

[Ночные фейри]

Стоило пробежаться по списку, и стало ясно: в отличие от комнаты для новичков, где обычно сидело человек десять, в сообществах по расам и классам народу было заметно больше.

Логично. Именно там проще всего добывать полезные сведения — например, о развитии конкретной сборки.

«Только почему нет комнаты для варваров?»

Прокрутив список дальше, я замер.

Свои чаты были у всех доступных рас. Драконидов я не считал — их вообще нельзя было выбрать при создании персонажа. Не было комнаты только у варваров.

Точнее, один всё-таки нашёлся.

[Бехел-ла-а-а!] - в сети: 0 человек.

Внутри пусто.

Последний вход отмечен несколько месяцев назад, а ник единственного участника перечёркнут красным. Такое означало одно из двух: человека либо изгнали, либо он умер в реальном мире.

Почему именно варварам так не повезло?

Ответ нашёлся быстро. Вернее, сразу два.

Первое: варвары никогда не были особенно популярны как основной персонаж.

Даже я до того, как довёл до ума сборку варвара-щитовика, чаще выбирал зверолюдей или фейри. Иногда людей — у них сильный потенциал на поздних этапах.

Второе: варвар после старта обязан сразу взять оружие и войти в Лабиринт. Иначе попросту сдохнет с голоду.

Сначала чудовищно трудный обряд совершеннолетия. А потом ты едва успеваешь открыть глаза — и уже обязан лезть в Лабиринт.

«Игроков и так мало. А те, кто были, видимо, почти все передохли в самом начале».

Почему-то мне стало неловко за всех варваров сразу, а на душе потяжелело.

Ладно. Тогда посмотрим классовые сообщества.

[Noblesse] - в сети: 21 человек.

[Охотники за сокровищами] - в сети: 34 человека.

[Мастера меча] - в сети: 17 человек.

Лекари, лучники, мечники — почти везде больше десяти человек.

И только одна строка выглядела совсем жалко.

[Щитовики] - в сети: 3 человека.

Три танка. Всего три.

Расовое сообщество — ноль. Классовое — трое.

Я молча уставился на экран.

«Какого же хрена я выбрал именно этот путь?»

От этого зрелища стало совсем тоскливо, и я решил проверить хотя бы комнаты по странам.

К счастью, корейская нашлась.

[Да здравствует независимость Кореи!] - в сети: 1 человек.

Один — уже неплохо.

Игра изначально даже не имела корейской локализации. Я всерьёз допускал, что соотечественников здесь вообще не окажется.

«Кореец...»

Я без колебаний дважды щёлкнул по комнате.

Открыв глаза, я неожиданно оказался не на пустой поляне и не в каком-нибудь стандартном зале, а в роскошной комнате, похожей на гостиную дворянского особняка.

Осмотреться я не успел: единственный игрок в комнате завопил во весь голос:

— Пришё-ё-ёл! Наконец-то!

Это был коротко стриженный парень лет двадцати с небольшим.

[Sergeant Lee]

Когда я увидел ник, застыл на месте.

— Сержант Ли?.. Ты что, неужели...

— Брат... Вы-то поняли. Да. Это был день моей демобилизации.

Ну и пиздец же человеку не повезло.