Командная игра (4)

Мы блуждали по лабиринту. Ни хлебных крошек, ни клубка ниток под рукой не было, но меня это не тревожило. У нас был Ротмиллер.

— Стойте. На всякий случай оставлю здесь ещё одну отметку.

Раньше я думал: если в этом месте даже проводник теряет свою способность, что сможет обычный разведчик? Как выяснилось, это была чистая самонадеянность. Ротмиллер всю жизнь поднимался с самого дна и за эти годы стал по-настоящему разносторонним человеком.

— Можно карту на минуту?

— Держи.

По пройденному пути он вычерчивал собственную схему лабиринта. Не приблизительную — подробную настолько, что она напоминала игровую мини-карту. Раз в десять минут мы останавливались секунд на тридцать. Ротмиллер быстро наносил новые линии, сверял направления — и всё.

— Готово. Верни, пожалуйста. Надо обновить маршрут.

— На.

Каждый раз я смотрел, как уверенно его перо бегает по бумаге, и поражался. Спрашивать, как он это делает, я уже не стал. Я ведь спрашивал раньше.

— Здесь не настолько сложная схема. Дорогу я запоминаю по ходу. Расстояние считаю шагами, потом переношу на бумагу в нужном масштабе.

Несколько лет на первом этаже, в Хрустальной Пещере, он занимался картографией и наблюдениями. По его словам, в этом он разбирался лучше всего. Кто бы мог подумать, что он умеет и такое. И почему-то от этого становилось немного тоскливо. Наверное, потому, что это было не столько врождённое дарование, сколько результат многолетней работы человека, которому как раз не досталось природного таланта.

— Простите, что задержал. Идём.

Через полминуты мы снова углубились в тёмные коридоры. Ротмиллер шёл сразу за мной. Теперь он держал не арбалет, а длинный меч. После нескольких первых боёв он сам сменил оружие.

— С нынешней силой я вполне смогу сам сдержать одного противника.

Характеристики выросли, и Ротмиллер начал активно участвовать в схватках — как и положено хорошим разведчикам высокого уровня. Он старался приносить пользу не только поиском пути, но и в бою.

— Опять ты первым заметил.

Ротмиллер первым уловил запах. Через несколько секунд из переднего коридора показались четыре Байкундуса. Четыре монстра шестого ранга разом — на обычном четвёртом этаже мы с такими группами даже не встречались. Никто не занервничал. У нас был Двалки.

Фьють! Фьють!

Едва твари показались, в них полетели усиленные Ледяные Копья. Причём сразу два.

«Кто же знал, что он умеет одновременно творить два заклинания».

Когда я это понял, мне даже стало неловко. Мы несколько месяцев ходили одной группой, а я, выходит, так толком их и не узнал.

«Чёрт».

Проблемой Двалки была не магическая одарённость. С ней как раз всё в порядке. У него чудовищно низкий запас маны. Сам же он способен держать два заклинания одновременно и поверх них ещё накладывать вспомогательное.

「Риол Ворб Двалки применил вспомогательное заклинание 8-го ранга [Коррекция Траектории].」

Мне даже не пришлось отходить в сторону. Ледяные Копья неслись издалека, словно пушечные ядра, но над нашими головами вдруг изменили траекторию и ушли точно в цель.

БА-БАХ!

Бой ещё толком не начался, а два монстра шестого ранга уже рассыпались светом. Оставалось двое.

— Быстро добьём их и пойдём дальше. Одного мы с госпожой Карлштайн берём на себя.

Пока я в одиночку держал одного Байкундуса, Миша и Ротмиллер вдвоём разбирались со вторым. Они закончили первыми. Почти сразу снова раздался знакомый свист:

Фьють!

Двалки успел закончить новое заклинание. Ледяное Копьё разнесло голову твари, которая всё это время пыталась продавить мой щит. На всю схватку ушло около четырёх минут.

— Бьорн, ты там заснул? Идём уже.

И вот последняя перемена в нашей непутёвой компании.

— Хо-хо. Кто бы ни встретился на пути, можете не волноваться. Риол Ворб Двалки уничтожит любого!

Двалки снова стал невыносимо самодовольным.

Эффект Хранителя Равновесия сильнее всего помогает магам. Причина простая: маги не поглощают эссенции. Когда суммарные характеристики группы перераспределяются, их главный параметр — мана — неизбежно взлетает. Но даже для этого правила Двалки был крайностью. В игре мне никогда не попадался настолько выраженный случай. Хотя если подумать, всё объяснимо. Маги, которых я брал в игровые группы, почти всегда были одарёнными. Их магические характеристики и без того были высокими.

А Двалки до сегодняшнего дня считался слабым магом именно потому, что от природы у него были слишком низкие характеристики.

— Странное чувство. Будто с меня сняли все цепи.

Он человек. Физически никогда не был крепким, спортом не занимался, а запас маны у него не просто ниже среднего — почти хуже некуда.

«По сумме характеристик он, наверное, был слабее нас раза в три».

А в нашей группе разница особенно бросалась в глаза. Я, Миша и Хикурод — трое представителей иных рас, у которых базовые физические показатели от рождения выше человеческих. Ротмиллер тоже получил усиление, но с Двалки их не сравнить. Он опытный исследователь и уже заполнил все четыре доступных места эссенциями. В итоге почти всё, что система отняла у остальных, досталось Двалки. За день я успел оценить новую расстановку сил. Больше всех потерял лично я. И всё же...

«Даже подозрительно удачно вышло».

Если смотреть на группу целиком, мы стали как минимум вдвое сильнее.

«Подземелье и камень» — игра про командные бои. Один выдающийся персонаж не даёт того же эффекта, что пять человек, каждый из которых полноценно выполняет свою роль.

Неприятно это признавать, но именно поэтому я и собирался уйти из нынешней группы.

«Получается, первый и последний раз сыграем как настоящая команда».

За этот день я увидел в Ротмиллере и Двалки то, чего раньше просто не замечал. Но решение от этого не менялось. Если вложить достаточно времени и сил да ещё иметь удачу, они когда-нибудь смогут приблизиться к сегодняшнему уровню. Когда-нибудь.

«Через несколько лет, наверное».

А потом уткнутся в потолок. Слишком уж очевидны их ограничения. У Ротмиллера боевую мощь можно поднять эссенциями. Но с пятого этажа мне нужен разведчик со способностью проводника. С Двалки ещё проще. Можно хоть по два заклинания творить одновременно — всё равно главным достоинством мага остаётся запас маны. Наверное, поэтому его и не приняли в Башню Магов. Звучит жестоко, однако по их меркам его талант сам по себе ничем исключительным не был.

Я дошёл в мыслях до этого места и внезапно почувствовал резкий холод в груди. Не образно. По-настоящему.

「Персонаж получил урон холодом.」

Холод пробрался под кожу и будто дошёл до костей. Я пришёл в себя и увидел перед собой сердитую Мишу. От злости она едва не пыхтела.

— Эй, Бьорн! Ты долго ещё будешь меня игнорировать?!

— А? Что ты сказала?

— Что сказала?! Все ложатся спать. Я сказала, чтобы ты нормально дежурил!

Она с размаху ткнула меня кулаком в грудь. Через секунду злость ушла, и Миша уже смотрела с беспокойством.

— Но... ты точно в порядке?

— В порядке. В груди ещё холодно, но уже не больно.

Она нахмурилась.

— Я не про удар. Ты сам.

— Я?

— Ага. Не знаю, как объяснить... А! Выражение у тебя как в тот раз, когда я заставляла тебя есть морковь.

Теперь стало ещё непонятнее.

— Всё, иди спать. На вахте я не усну.

— М-м... ладно.

Миша вернулась на своё место, нырнула в спальник и ещё немного поболтала с остальными.

— Уф. Сегодня я вымоталась сильнее обычного.

— Ха-ха! Ещё бы. Нас занесло невесть куда, а потом мы весь день убивали монстров шестого ранга.

— Н-неловко такое говорить, но мне сегодня было весело. Впервые я почувствовал себя настоящим исследователем. Раньше наши походы совсем не походили на те, о которых я мечтал, слушая истории.

— Кажется, понимаю.

— Ха-ха-ха! Будто сами стали героями приключенческой книги.

Перед сном мы перекинулись ещё несколькими фразами; разговор не затянулся — отдых сейчас был важнее всего. Миша вдруг вспомнила:

— Кстати, Двалки. Сегодня ты был правда крутым.

— Д-да что я такого сделал? Мне не приходилось снова и снова просчитывать формулы, чтобы экономить ману. Можно было просто выпускать заклинание за заклинанием. Л-любой маг смог бы.

— Может быть. Я всё равно в этом не разбираюсь. В общем, хорошо поработал. Спокойной ночи.

— И вам спокойной ночи, Миша.

Разговор понемногу стих.

[01 : 04]

Двадцатый день начался уже больше часа назад. Я следил за коридорами и одновременно ещё раз прикидывал дальнейший план.

«Ещё несколько часов — и нужная вещь будет у нас. Потом останется найти комнату босса».

При нынешней силе сам бой меня почти не пугал. Куда неприятнее другое: если не повезёт с маршрутом, до комнаты можно просто не добраться вовремя.

«Вот бы ещё неделю. Тогда собрали бы всё, ради чего сюда вообще стоит лезть».

Я досадливо цокнул языком. В этот момент за спиной зашуршал спальник. Двалки сел.

— Бьорн...

— Если не спится, всё равно лежи. Завтра...

— Я не потому встал.

Двалки выбрался из спальника и подошёл ко мне, стараясь не разбудить остальных.

— Мне нужно кое-что вам сказать.

Вчера ночью Ротмиллер. Сегодня, значит, очередь Двалки.

— Говори.

— Помните, что вы рассказали о вкусах Миши?

— Помню.

Я всегда помню собственную ложь — иначе рано или поздно проколюсь. Хотя сейчас это уже, кажется, было неважно.

— И что?

Двалки выдержал мой взгляд. На этот раз в нём не было обычной суеты.

— Я хотел спросить, правда ли это. Но потом понял: не имеет значения.

Голос звучал непривычно ровно. Ни запинки, ни дрожи.

— Неважно, какие мужчины ей нравятся. Ждать от человека искреннего ответа, если сам не открылся ему по-настоящему, — трусость.

— ...К чему ты ведёшь?

— Вы ведь и так знаете. Знаете, что я давно в неё влюблён.

Вот бы он хотя бы дождался возвращения в город...

— Если на этот раз мы благополучно вернёмся...

— Хватит.

Я оборвал его слишком поспешно. Одно дело подумать такое про себя. Совсем другое — произнести вслух. Но Двалки истолковал мою тревогу по-своему.

— Так я и думал. Бьорн, вы тоже...

Он стиснул губы, резко мотнул головой, будто отгоняя лишнюю мысль, и заговорил с неожиданной твёрдостью.

— Но это ничего не меняет.

— Замолчи. Я понимаю, что ты себе придумал...

— Когда вернёмся в город, я признаюсь ей.

Да не говори ты так, идиот. Это же чёртов флаг смерти.

«Блядь».

Мне вдруг стало тревожно почти так же, как в тот день, когда мы случайно встретили Ханса.

— Это всё, что я хотел сказать. Доброй ночи.

Двалки развернулся и почти бегом вернулся к спальнику. Через несколько минут он уже ровно дышал во сне. Я боялся, что после такого разговора он до утра не сомкнёт глаз, но усталость дня оказалась сильнее.

«Ну... хотя бы не предложение руки и сердца собрался делать. Может, обойдётся».

Я тоже постарался выбросить дурные мысли и снова сосредоточился на вахте. Через два часа разбудил Хикурода, передал ему вахту и лёг. Когда я проснулся снова, уже пора было выходить.

[05 : 07]

На ночную вахту мы отвели всего четыре часа и дежурили только вдвоём с Хикуродом, по очереди. Времени до закрытия оставалось слишком мало, чтобы тратить на сон больше необходимого.

— Вы оба устали, наверное. Спасибо.

— Ха-ха! Ничего не поделаешь. Осталось совсем немного.

— Завтра наша очередь с Ротмиллером. Потерпите сегодня, а потом нормально поспите.

Мы быстро свернули лагерь и снова двинулись в путь. На сегодня цель была чёткой.

— Судя по всему, мы дошли до внешней стены, как и предполагал Бьорн. Теперь будем держаться вдоль неё и идти только в одном направлении.

Лабиринт Ларказа — огромный квадрат. Нам нужен один из его углов. Там можно призвать промежуточного босса, а после победы получить скрытую награду. Какой именно из четырёх боссов появится, не знал даже я. В игре это тоже определялось случайно.

«С нынешними характеристиками почти любого мы разберём без особых проблем. Если только не выпадет тот ублюдок».

Бе-е-э!!!

За последние дни мы перебили уже сотни Байкундусов. Сегодня они тоже лезли без конца, так что считать я давно перестал. Эссенция всё никак не выпадала. Зато магических камней накопилась гора.

— Ха-ха-ха! Даже одни камни принесут неплохие деньги!

Это и есть вторая награда Лабиринта Ларказа. Даже на пятом этаже трудно найти место, где один и тот же, к тому же удобный для охоты монстр шестого ранга встречается так часто. На обычном четвёртом за весь день можно не встретить и двадцати таких существ. Через двенадцать часов пути коридор закончился стеной.

— ...Тупик?

Мы добрались до угла лабиринта.

— Неужели здесь вообще ничего нет?

— Возможно, нужное место в другом углу. Или мы неверно поняли, где его искать.

— Ха-ха! Только не говорите, что отсюда вообще нет выхода.

— Не думаю. Это всё ещё Лабиринт.

Пока остальные обменивались предположениями, Ротмиллер медленно осматривал стену.

— Подождите... здесь что-то не так.

Я невольно удивился. То ли сработало чутьё от эссенции мимика, то ли у него просто глаз намётан.

Щёлк.

Гр-р-р-р.

Он нажал на неприметный выступ. Каменная плита ушла в сторону, открывая проход.

— Ого! Дверь открылась.

— Назад! Там может быть опасно!

Хикурод выскочил вперёд и поднял щит. Я сразу встал рядом. Ничего из темноты на нас не прыгнуло.

— ...Пусто?

Конечно, пусто. Я знал, что это за место. Внутри было так темно, что глазами ничего не разглядеть. Для меня это не имело значения.

— Я войду первым.

— Бьорн! Там может быть ловушка!

— Ничего. Это моя работа.

Хикурод явно хотел пойти вместо меня, но я напомнил ему, кто здесь основной танк, и шагнул внутрь. Факелы на стенах вспыхнули разом. Я быстро осмотрел помещение.

— Здесь...

Перед нами оказалась каменная комната площадью примерно сто квадратных метров. На полу был начертан сложный геометрический магический круг, а в центре торчал шест с насаженной козлиной головой.

— Мерзкое место...

— Портала не видно. Может, просто уйдём?

По Мише и Двалки было видно: помещение им не нравится. Я едва удержался от улыбки. Они просто не знают, какие бывают остальные варианты. По сравнению с другими комнатами эта ещё вполне приличная.

«Раз выпала именно она, найти босса будет проще простого. Надо только как-нибудь подсказать Ротмиллеру принцип, не выдавая себя...»

Одной головной болью меньше. Здешний босс посильнее, зато его хотя бы можно найти без лотереи. При другом варианте мы рисковали закончить поход, так ни разу его и не встретив.

«Осталось придумать, как его призвать. Если сразу сделаю всё сам, будет слишком подозрительно».

Я как раз ломал голову над этой приятной задачкой, когда всё тело внезапно дёрнулось.

— А?

— ...Ты тоже почувствовал?

Судя по лицам, перемену ощутили все.

— Что это? Маны вдруг стало ещё больше.

— И у меня то же самое. Что с телом происходит?

До сих пор из-за просевшей силы тяжёлая броня ощутимо давила на плечи. Теперь вес исчез почти полностью, будто вместо стали на мне была бутафорская броня из пенопласта. Причину я понял сразу.

«Вот же... сука».

По всему телу разлилась такая мощь, какой я не чувствовал даже после Гигантизации. Я уже знал, что это значит.

— Ротмиллер.

— ...Похоже, мы подумали об одном и том же.

Лабиринт Ларказа — скрытая зона четвёртого этажа. Внутрь вошли другие исследователи.

«От одного до пяти человек».

Логичнее всего предположить обычную группу из пяти, но торопиться с выводами нельзя. Варианты ещё оставались. Одно было несомненно. Один там человек или несколько — неважно.

「Эффект зоны — Хранитель Равновесия обновлён.」

「Показатели вошедших уравновешены.」

Они были несравнимо сильнее нас.