Великое наследие (4)

Семьдесят миллионов стоунов.

Сердце заколотилось, едва я услышал сумму.

Я заставил себя успокоиться и продолжил разговор. Радоваться буду, когда деньги действительно окажутся у меня в руках.

— Этого письма хватит как доказательства?

Кровиц взял лист и медленно прочитал от начала до конца. По мере чтения его лицо становилось всё серьёзнее.

Закончив, он ещё долго молчал.

— Что-то не так?

— Прошу прощения. Если написанное здесь соответствует истине... для нашей Церкви это вопрос исключительной важности. Я не сомневаюсь в ваших словах, господин Яндель, но не могли бы вы немного подождать внутри?

— Хорошо.

Паал Кровиц проводил нас в небольшую приёмную при храме и поспешно ушёл. Кажется, прежде чем докладывать наверх, он хотел удостовериться в подлинности почерка.

— А вдруг... что-то не так? — первой не выдержала Миша.

— Ха-ха, с чего бы? — отозвался Мурад. — Они просто хотят всё проверить, прежде чем говорить с нами дальше.

— Мурад прав, — добавил Ротмиллер. — Вы сами читали письмо. С такими сведениями иначе и нельзя.

Ждать пришлось дольше, чем мы рассчитывали.

Мы уже начали перебирать другие объяснения задержки, когда дверь наконец открылась.

— Прошу прощения. Вам пришлось ждать гораздо дольше, чем следовало.

Кровиц вернулся.

— Прошу за мной. Вас уже ждут.

Он отвёл нас в часовню на втором этаже. Обычных прихожан туда не допускали: ею пользовалось только духовенство.

— Насколько я слышал, посторонним сюда вход запрещён, — заметил Ротмиллер.

— Если сама Богиня связала наши судьбы, как я могу называть вас посторонними?

После этого ответа я окончательно успокоился. Если бы письмо сочли подделкой, с нами не стали бы разговаривать в таком тоне.

Скрип.

Кровиц распахнул тяжёлую дверь.

Зал оказался просторным, однако внутри находились всего семь человек.

Я окинул их взглядом — и невольно напрягся.

«Вот же дерьмо».

После визита в графский дом я специально прочитал несколько книг об иерархии Церкви, поэтому сразу понял, кто передо мной.

Среди собравшихся только двое — мужчина и женщина — были в доспехах. Эмблемы на их броне различались, но серебряная вышивка по краям означала один и тот же ранг: командиры орденов паладинов.

С Кровицем получалось, что здесь собрались все три командира орденов паладинов Церкви.

И это ещё не всё.

Два верховных жреца. Один кардинал.

А в центре, словно принимая их почтительное сопровождение как нечто само собой разумеющееся, стоял пожилой мужчина.

Ротмиллер едва увидел его, тут же опустился на колени и осенил себя знаком веры.

— Слуга, следующий за звездой, приветствует верховного архиепископа.

Реакция была вполне понятной.

Если проводить аналогию с католической церковью, перед нами сейчас стоял папа.

«А ребёнок тогда кто?»

Пока я осмысливал, кто именно собрался в зале, взгляд всё чаще возвращался к мальчику перед архиепископом.

На вид ему было лет десять.

Теперь, присмотревшись, я заметил ещё одну странность: взрослые словно выстроились вокруг него, защищая со всех сторон. Даже верховный архиепископ стоял чуть позади ребёнка.

Кто вообще этот мальчишка, если даже такие люди держатся вокруг него как охрана?

Ответа я найти не успел.

— Пусть Звёзды Ведут Нас.

Архиепископ первым совершил знак веры, и остальные одновременно склонили перед нами головы.

Для Ротмиллера это было настолько непривычно, что он буквально окаменел, не понимая, как реагировать.

Возможно, дело было в самом месте.

В воздухе стояло что-то торжественное и почти осязаемо священное.

После короткой тишины заговорил верховный архиепископ.

— Верховный жрец Людвиг был для нас необычайно дорог. Благодарю вас за то, что доставили его письмо. Могу ли я узнать, при каких обстоятельствах оно попало к вам?

Такой тон меня удивил.

Глава одной из трёх крупнейших религий разговаривал с исследователем четвёртого этажа осторожно и почти подчёркнуто уважительно.

«Наверняка он не со всеми такой. Значит, Людвиг действительно был для них важен».

Я коротко пересказал события в Лабиринте Ларказа.

Ответ архиепископа в очередной раз напомнил, насколько иначе устроено мышление верующих.

— Звезда Сумерек послала вас к тому, кто заблудился и лишился пути. Благодарю за спасение его души. Пусть он и оказался во власти злого бога, его душа продолжит сиять даже во тьме.

Слушать было немного не по себе.

Не потому, что он говорил что-то неправильное. Просто по складу ума эти люди были моей полной противоположностью.

С религиозными людьми у меня вообще никогда не складывалось.

— Это осталось после него.

Я достал ожерелье, которое носил Людвиг, и передал архиепископу.

Если бы вещь оказалась священной реликвией, её ценность могла значительно превосходить обещанную награду.

Но сожаления я не чувствовал.

Я был перед Людвигом в долгу.

— Благодарю. Это не та реликвия, которую мы искали, но, возможно, теперь его душе станет хотя бы немного спокойнее.

Значит, всё-таки обычная вещь.

Впрочем, будь у Людвига настоящая реликвия, Ригал Багос наверняка забрал бы её первым.

Архиепископ повернулся к одному из присутствующих.

— Кардинал Грейонд, какую награду следует выплатить этим людям?

— Реликвию вернуть не удалось. Однако содержание собственноручного письма, переданные личные вещи и сведения о последних минутах Людвига настолько значимы, что я считаю справедливым выплатить всю сумму, назначенную Казначейством. Даже семьдесят миллионов стоунов едва ли будут чрезмерной наградой.

— Тогда так и поступите.

Я сглотнул.

После слов о пропавшей реликвии я уже приготовился к тому, что сумму урежут вдвое. А они собирались выплатить всё.

Кажется, я зря так придирался к их речам.

Очень достойные люди.

Хотя сейчас меня волновало другое.

— Я хочу кое-что спросить.

— Спрашивайте.

С наградой всё стало ясно, и я сразу перешёл к вопросу, который, возможно, был для меня важнее денег.

— Что вы собираетесь делать дальше?

— Уточните, что именно вы имеете в виду.

— Вы узнали, кто похитил Людвига. Мне интересно, будете ли вы мстить. Я, как видите, тоже оказался втянут в эту историю.

Формулировка заодно ненавязчиво напоминала: теперь проблема касается и меня, а значит, у Церкви передо мной тоже есть определённая ответственность.

Но ответ оказался слишком расплывчатым.

— Сейчас я не могу дать вам твёрдого обещания.

— Понятно.

Жаль.

Я надеялся, что если Церковь всерьёз возьмётся за месть, Ригалу Багосу какое-то время будет не до меня.

Выходит, придётся рассчитывать в первую очередь на себя.

Я уже собирался закончить разговор, когда послышался детский голос.

— Не беспокойтесь так сильно, великий воин.

В тот же миг зал затопил ослепительный серебряный свет.

Ш-ш-ш-ш!

Когда зрение вернулось, я обнаружил на толстом пальце кольцо, сплетённое из трёх тонких лоз.

Я ещё не успел понять, что происходит, как кардинал сорвался на крик.

— Откровение!.. Богиня ниспослала откровение!

В игре я слышал об этом только из разговоров NPC.

Сам никогда не видел.

«Пиздец».

И, судя по реакции присутствующих, подобное не происходило уже очень давно.

Теперь всё встало на свои места.

Стало понятно, почему верховный архиепископ обращался с этим мальчишкой так, будто тот был величайшей святыней Церкви.

«Так он святой?..»

Если бы это была девочка, её наверняка называли бы святой девой. Мальчика, видимо, называют просто святым.

Впрочем, название неважно.

Он слышал голос божества и временами мог становиться вместилищем его силы.

Мальчик посмотрел на меня.

— Богиня только что сказала, что это кольцо трижды убережёт вас от беды, которую несёт ваша связь с тем человеком.

— С Драконоборцем Ригалом Багосом?

Обычный гадатель на такой вопрос наверняка ответил бы что-нибудь в духе «возможно, да, а возможно, нет».

Откровение оказалось куда конкретнее.

— Да. Кольцо способно отводить только беды, связанные с ним. Поэтому, прежде чем оборвутся все три лозы, вы должны подготовиться и обрести силу, чтобы противостоять своей судьбе.

Словно я внезапно оказался героем, которому предстоит победить владыку демонов.

Если честно, я охуел.

Да, я прикончил ту суку Элизу. Да, помог Людвигу. Но с какого перепугу Богиня решила одаривать меня таким подарком?

Особенно если учесть, что на самом деле я — тот, кого в этом мире называют злым духом.

«Может, это какой-то развод?»

На миг мелькнула мысль, что с помощью мальчишки передо мной разыгрывают спектакль, а все остальные просто подыгрывают.

Кольцо на пальце быстро отбило охоту развивать эту версию.

Да и лица присутствующих выглядели слишком искренне потрясёнными.

— Пусть Звёзды Ведут Нас.

— Да свершится всё своим чередом.

Высшие служители одной из главных религий мира одновременно совершили передо мной знак веры.

Я посмотрел на своих.

— Бьорн, ты вообще кто такой?! — выпалила Миша.

— Так ты и правда отмечен судьбой! — ахнул дворф.

— Нет, дело уже даже не в этом... — Ротмиллер явно не находил себе места. — Как варвар мог получить откровение человеческого божества?..

Да откуда мне знать, если вы так смотрите?

Только теперь до меня дошло, что подарок может принести не только пользу.

Я снова повернулся к мальчику.

Вопросов было много.

Но задать их не успел.

Бух.

Ребёнок вдруг обмяк и начал падать.

Верховный архиепископ успел подхватить его на руки, и на этом наша встреча закончилась.

— Сэр Кровиц, проводите гостей.

— Подождите! Я ещё хотел спросить...

— Прошу понять нас. Мы обязательно встретимся снова, и тогда я всё объясню. До тех пор никому не рассказывайте о случившемся сегодня. Иначе на вас может обрушиться большое бедствие.

— Что ещё за бедствие?

Слова казались совершенно дикими, но на этом разговор уже закончился.

— Подробности вам объяснит сэр Кровиц.

Архиепископ был непреклонен. Нас фактически выставили из часовни.

Кровиц отвёл нас обратно в приёмную.

— Кровиц, что это вообще было?

— Я и сам... не понимаю. Не представляю, почему она решила ниспослать откровение представителю иной расы.

— Разве такого никогда не бывает?

— Насколько мне известно, это третий случай за всю историю.

— И что стало с двумя предыдущими?

— Согласно записям, собственные народы объявили их еретиками и изгнали.

Вот же блядь.

Как будто мне мало было тайны о том, что я злой дух. Теперь появилась ещё одна кнопка самоуничтожения.

— Теперь понятно, почему велели молчать.

— Именно. Если это станет известно, вред почти наверняка перевесит пользу.

Клеймо Духа — основа развития варвара.

А если меня выгонят из племени?

Тогда персонажа можно считать запоротым: шаманы варваров живут только на священной земле.

— Со стороны Церкви утечки не будет. За это можете не беспокоиться.

Сказав это, Кровиц перевёл взгляд на моих товарищей.

Ничего объяснять не требовалось.

Я тоже посмотрел на них.

— Я! Я вообще рот не открою! Честно! Ты мне веришь, да, Бьорн?

— Не беспокойся. Сегодня я ничего не слышал.

В Мише можно было не сомневаться. Ротмиллер тоже не вызывал тревоги: он и сам человек надёжный, да ещё и прихожанин Реатласа.

Оставался один человек.

— Эй... почему ты на меня так смотришь?

— Сам не понимаешь?

Дворф понуро опустил голову.

— Всё. Больше не пью.

Я тяжело вздохнул.

Надо было, блядь, идти сюда одному.

Все здешние боги работают по одной схеме, что ли?

С груди сняли огромный валун и тут же положили другой, поменьше.

«Ладно. Он всё-таки не настолько болтлив...»

Я заставил себя думать о хорошем.

Если кольцо действительно способно предотвращать встречи с Драконоборцем, такой риск даже риском назвать трудно.

По соотношению выгоды и потерь я однозначно был в плюсе.

Я получил то, чего хотел больше всего: время.

«Первый раз вижу, чтобы священную реликвию получали прямо через откровение».

Предмет, дарованный божеством, и назывался священной реликвией.

Большинство таких вещей обладали откровенно нечестными свойствами.

Поэтому в эффективности кольца я не сомневался. Пока все три лозы не оборвутся, Ригал Багос до меня не доберётся.

Оставался один вопрос.

«На сколько времени их хватит?»

Два года? Три?

Реликвия буквально только что явилась в мир. Почему бы ей не продержаться столько?

Но планировать всё равно нужно исходя из худшего варианта.

Я решил рассчитывать минимум на полгода, максимум — на год.

С этим я поднялся с дивана.

Тр-рк.

Одна из трёх переплетённых лоз на кольце лопнула.

— Э... Бьорн? По-моему, одна только что порвалась.

— Нет. Не могла.

Я смочил пальцы слюной и принялся тереть разрыв, будто мог скрутить лозу обратно, как верёвку.

Но реальность, как обычно, не интересовалась моими желаниями.

— Вот, смотри. Всё держится.

Я демонстративно поднял руку.

Ш-ш-ш-ш!

Оборванная лоза вспыхнула серебряным светом и рассыпалась искрами.

Я молча смотрел, как они тают в воздухе.

「Условия активации Покровительства Звезды выполнены.」

Даже смеяться не хотелось.