Последнее собрание (1)

В комнате, где можно было менять облик, стены были сплошь завешаны одеждой и масками. Костюмов — десятки, масок и того больше.

Очнувшись здесь, я, как всегда, сразу нашёл тёмно-синий костюм и надел львиную маску. Ни одного лишнего движения. Ни секунды впустую.

За столько месяцев руки уже всё помнили сами. Я приходил сюда раз в месяц и, пожалуй, теперь сумел бы одеться даже с закрытыми глазами.

— Последний раз... да?

Странное чувство. И жалко, и тоскливо.

Хотя в последнее время сведения с Круглого стола уже далеко не так часто оказывались для меня по-настоящему важными.

Я всё равно не спешил уходить. Оделся, надел маску, а потом ещё какое-то время просто стоял и разглядывал выставленные вдоль стен наряды.

И тут вспомнилось то, о чём я почти перестал думать.

— Кажется, говорили: выбираешь ту, что ближе всего к твоей судьбе...

Когда новый участник впервые попадает к Наблюдателю Круглого стола, он инстинктивно тянется к маске, которая лучше всего отражает его судьбу.

Тогда почему я выбрал именно льва?

Не гоблин и не орк — уже хорошо. Но отчего именно эта маска? Я так и не понял.

«Вообще-то из больших кошек мне всегда больше нравились тигры».

С тех пор прошло немало времени. Я попытался прикинуть, не стало ли теперь понятнее, что именно имелось в виду. Ничего в голову не пришло.

Ладно. Тогда другие.

Почему Лиса — лиса? Почему Гоблин — гоблин?

И что, мать его, означает Олень? Там даже не олень. Обычная маска, к которой зачем-то приделали рога.

— Чёрт его знает.

Дольше торчать здесь было незачем. Я вышел в коридор и пошёл по красной ковровой дорожке, которую за эти месяцы успел истоптать вдоль и поперёк.

По дороге в голову полезла другая мысль: какие маски выбрали бы мои товарищи, если бы однажды попали за Круглый стол?

«Айнар наверняка взяла бы золотого пса...»

Я перебрал всех из клана «Анабада»: Амелию, Эрвен, остальных. Потом вспомнил Рейвен, дворфа, Ротмиллера — всех, с кем раньше ходил вместе.

Миша почему-то пришла на ум последней.

«Миша...»

С ней оказалось проще всего.

Для девушки из племени Красной Кошки выбор, наверное, получился бы не самым очевидным, но всё же...

«Она куда больше похожа на собаку, чем на кошку».

Только не на обычную домашнюю шавку. Ей подошла бы та собачья маска, что висела в самом дальнем углу, почти скрытая от глаз. Вся в старых шрамах.

Хуже всего было то, что среди этих шрамов наверняка нашлись бы и оставленные мной.

«Хватит».

Я оборвал себя и остановился.

Хмык.

— Всё-таки пришли. Я уж боялся, что даже попрощаться в последний раз не удастся.

Я быстро пересчитал присутствующих.

Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять...

«Было бы паршиво, если бы кто-то не явился».

Но нет. Все знакомые маски, которые я видел здесь из месяца в месяц, были на месте.

Олень, Полумесяц, Лиса, Шут — те, кто сидел здесь ещё во времена моего первого появления за Круглым столом.

Потом Гоблин, с которым я познакомился уже после возвращения. Королева, внедрившаяся сюда по особому поручению GM. И троица, появившаяся сравнительно недавно и почти одновременно: Чёрная Маска, Волк и Бабочка.

Все сидели на своих местах и смотрели на меня.

Неужели ждали, что в честь последнего собрания я скажу что-нибудь напутственное?

Без понятия. Я решил до конца держать образ Льва, поэтому молча проигнорировал взгляды и направился к своему креслу.

Бух!

Обычно после того, как закрывалась дверь и я занимал место, собрание начиналось. Сегодня никто не торопился.

Сначала заговорили между собой.

— Не верится, что это и правда последний раз... Будто гром среди ясного неба.

— Вот именно... Со следующего месяца ничего этого уже не будет?

— Зато хоть высыпаться начнём. После этих ночей следующий день у меня всегда коту под хвост.

В голосах слышалось неподдельное сожаление. Даже Королева, хотя она представляла администрацию, выглядела расстроенной.

— Жаль... Мы ведь ещё столько всего не выяснили.

Стоило ей это сказать, как Гоблин, до того посматривавший на неё исподтишка, осторожно вмешался:

— Эм... Тогда, может, просто не закрывать доступ?

— Боюсь, не получится. У нас есть причины.

— А что за причины? Можете рассказать?

— Простите, Полумесяц, но подробно говорить об этом я не могу. Скажу только одно: всё это произошло не по нашей инициативе.

— Так на вас всё-таки надавил Королевский Дом?

— Без комментариев, Лиса.

Как и следовало ожидать, разговор сразу закрутился вокруг Королевы. Кто, если не человек из администрации, мог знать о закрытии больше остальных?

Хотя некоторые, похоже, рассчитывали на другое.

— А тот господин, выходит, не придёт?

— Кто именно?

— Мастер. Я думал, раз уж собрание последнее, он может показаться.

Волк проговорил это почти с надеждой. Королева тоже кивнула.

Точно. Она ведь и сама давно интересовалась Мастером.

Я слушал разговор и заодно оглядывал остальных, когда Гоблин вдруг поднял руку, как прилежный ученик.

— Что-то хотите сказать?

— Да... Просто подумал... Раз сегодня мы встречаемся в последний раз, может, хотя бы назовём друг другу настоящие имена?

Несколько секунд все смотрели на него так, будто он предложил раздеться догола посреди площади.

Гоблина это не остановило.

— Ну... Мы ведь не совсем чужие. Столько раз встречались. Если сейчас разойдёмся, потом можем больше никогда не увидеться. А снаружи могли бы друг другу помогать... Или вообще создать похожее место уже там...

— Гоблин, хватит.

Лиса оборвала поток этой ерунды.

— Круглый стол вообще смог существовать только потому, что здесь сохранялась анонимность. Кто в здравом уме станет сейчас выкладывать своё имя?

— Я понимаю... Просто жалко вот так расходиться...

Хмык.

— Как трогательно. Впрочем, мне скрывать уже нечего — мою личность и так раскрыли. Кажется, у Гоблина положение похожее? Хм-м... А вы, оказывается, хитрее, чем выглядите. Предложение, при котором именно вы почти ничем не рискуете.

— Н-нет! Я совсем не поэтому...

Гоблин заметно растерялся под насмешкой Шута.

Неожиданно за него вступилась Королева.

— Не оправдывайтесь. Все и так понимают, что вы не пытались никого подловить.

— П-правда?

— Да. Вам просто не хочется, чтобы всё закончилось вот так, верно?

— Да... Именно...

По голосу было слышно: человек и вправду успел привязаться.

Вот же чудик. Это не выпускной вечер.

Хотя Гоблин всегда был таким. Сердечным? Просто добрым? Забавно, учитывая, что за Круглым столом он почти всё время оставался самым слабым участником.

«Вообще-то пора бы уже начинать».

Каким бы печальным ни было прощание, мы собрались здесь не ради дружеских посиделок.

Лиса, похоже, решила то же самое.

— Ладно, разговоры закончили. Давайте...

— Минуту.

Её перебил Полумесяц — один из старых участников.

— Позволите кое-что предложить?

— Что именно?

— Никто не знает, что будет дальше. Возможно, мы действительно больше никогда здесь не встретимся. Поэтому я подумал...

Он обвёл взглядом стол.

— Может, хотя бы сегодня немного изменим правила?

— В каком смысле?

— По очереди будем отвечать на вопросы остальных. Думаю, у каждого накопилось то, что он хотел бы спросить у других.

— Хм...

По лицам было видно: восторга идея не вызвала.

Полумесяц тоже это понял и поспешил добавить условие:

— На то, что считаешь слишком опасным, можно не отвечать. В таком случае просто действуем по обычным правилам. Как вам?

Наступила тишина.

Пока остальные прикидывали выгоду и риски, нашёлся один человек, которому оглядываться на чужую реакцию было незачем.

Хмык.

— Вы и правда совсем не подумали, Полумесяц. При таком условии кто вообще станет отвечать на неудобный вопрос? Проще выложить заранее приготовленные сведения — и дело с концом.

Шут озвучил то, что и без него пришло в голову почти всем.

Штрафа за отказ нет. Значит, соблюдать такую договорённость никто не обязан.

Более того, при этих правилах выигрывает прежде всего тот, кто спрашивает. Остальным ответ может оказаться вообще не нужен.

— Забудьте, что я это предлагал.

Полумесяц признал, что идея вышла непродуманной, и отступил. Лиса выждала ещё секунду и привычно взяла на себя роль ведущей.

— Тогда начнём с Оленя. Готовы?

— Да.

Сегодня открывал собрание рыцарь из Королевского Дома, скрывавшийся под маской Оленя.

Его сообщение оказалось коротким.

— Вероятность того, что Королевский Дом причастен к закрытию сообщества, крайне мала.

— Это предположение. Вы знаете правило: нужно объяснить, на чём оно основано.

— Королевский Дом отправил экспедиционный корпус на первый подземный этаж и собирался использовать это сообщество для обмена сведениями. Если бы закрытие планировалось заранее, такой системы никто бы не создавал.

— А если существовал секретный план, о котором просто не сообщили лично вам?

Иными словами: не слишком ли много ты о себе думаешь?

Олень явно оскорбился, но возразить не смог. Такая возможность действительно оставалась.

— Решайте сами.

Решение он оставил остальным. Большинство приняло сведения без споров.

Причина оказалась банальной.

— Экспедиционный корпус?.. Я знал, что проход контролируют, но не думал, что Королевский Дом сам отправил людей под землю.

Не все вообще знали, что туда отправили экспедиционный корпус.

Удивление вслух выразил только Волк, но Шут, выросший в Ноарке, наверняка тоже впервые об этом услышал.

И всё же меня удивило, что сведения приняли так легко.

«Последний день, что ли, всех размягчил?»

Так или иначе, очередь перешла дальше.

Второй была Лиса.

— По данным надёжного источника, экспедиционный корпус уже соединился с бароном Янделем. Сейчас они продолжают исследование вместе.

Новость снова касалась первого подземного этажа. По-моему, Лису тут можно было понять: она уже несколько месяцев торчала внизу. Откуда у неё взяться свежим сведениям о внешнем мире?

Королева, однако, не согласилась.

— Но разве это достаточно ценная информация?

Остальные поддержали её кивками.

Значит, Лисе пришлось выдать вторую новость.

— Бьорн Яндель поглотил эссенцию Беллариоса.

Ну вот. Дожили.

На моих глазах обсуждали утечку моих же личных данных, но раздражения я не почувствовал.

Свидетелей всё равно было полно. Как только экспедиционный корпус вернётся, новость сама разлетится по городу.

Лиса наверняка потому и выбрала именно это.

— Беллариос... Это ведь монстр третьего ранга?

— Сколько у него уже эссенций третьего ранга?

— Известно, какого цвета он выбрал?

Хмык.

— Варвару, которого интересует только то, как стать ещё крепче, незачем долго выбирать.

— Говорят, его и аурой уже не пробить... Тогда теперь и магия перестанет быть слабым местом.

Я в очередной раз понял, насколько известным стал Бьорн Яндель.

Обычно эти люди слушали даже ценные сведения без особых эмоций. А сейчас каждый счёл нужным вставить хоть слово.

— Всё, достаточно. Следующий.

Лиса быстро пресекла разговор обо мне и вернула собрание в русло.

Хех.

— Тогда я.

Очередь перешла к Волку.

Волк был старым игроком и с подозрительным рвением защищал Аурила Гависа — того самого старика, который когда-то выступал Мастером Круглого стола. Да и сведения он чаще всего приносил о нём.

Сегодня он не изменил привычке.

— Аурил Гавис сейчас находится за городской стеной.

«Значит, догадка Ли Бэкхо была верной».

Сообщение короткое, но имя слишком серьёзное, чтобы его отклонять.

После этого собрание ещё некоторое время шло без происшествий.

— Недавно нам было ниспослано новое откровение — вещий сон.

Хмык.

— Опять ваши откровения...

— В том сне Бьорн Яндель погиб.

Похоже, Гоблину нечего было предложить получше, и он выдал давно полученное пророчество так, будто речь шла о сегодняшней новости.

На лицах почти явственно проступили вопросительные знаки.

Но Гоблин мудро замолчал и завершил ход.

Вот так и надо впаривать старый товар.

Остальные сообщения тоже оказались короткими.

— «Охотники за привидениями» больше не возродятся. Никогда.

Королева на своём ходу поставила на этом жирную точку.

Полумесяц рассказал, что дворфы собираются создать новую Реликвию Сотворения.

Бабочка, Чёрная Маска и Шут, похоже, берегли козыри на потом: в первом круге каждый ограничился сведениями средней ценности.

— Эм... Теперь последний.

Наконец дошла очередь до меня.

Как всегда, все сразу уставились на Льва, явно ожидая чего-то особенного.

Я не обратил на них внимания. Смотрел только в одну сторону.

На Полумесяца.

Он глядел на меня так, будто сейчас решалась вся его жизнь.

Почему-то встретиться с ним глазами было тяжело.

«Будем по очереди принимать вопросы и отвечать на них».

Теперь было очевидно: изменить правила он предлагал из-за меня. Если это действительно последняя встреча, у него оставался вопрос, который он хотел задать Льву.

«Чёрт... Я ведь всё решил заранее. А язык всё равно не поворачивается».

Ещё до прихода сюда я знал, какие сведения выложу первыми. Есть вещи, которые обязан сказать, прежде чем Круглый стол исчезнет.

Пришлось буквально вытолкнуть слова из себя.

— Камень воскрешения...

Глаза Полумесяца мгновенно вспыхнули.

И почти сразу погасли.

— ...можно использовать только вскоре после смерти.

— Что?..

— И только если осталось тело.

Надежда исчезла из его взгляда.

А у меня в голове словно снова прозвучали слова Ли Бэкхо:

«Но это ведь немного двулично, не находишь? Ты сам постоянно морочил другим голову и обманывал их».

Миша, Ли Бэкхо — какая теперь разница.

Возможно, у меня действительно нет права злиться ни на кого из них.