Последнее собрание (2)

У меня всегда было железное оправдание: выживание.

В этом грёбаном мире существовало одно правило, перед которым меркло всё остальное: я обязан выжить. Пока я держался за него, любое моё решение легко превращалось из прихоти в необходимость.

А Полумесяц стал одной из жертв моих «необходимых» поступков.

— Понятно...

Он опустил взгляд.

— Значит, без тела камень бесполезен...

Когда я впервые попал за Круглый стол, я был никем.

За пределами этой комнаты почти любая встреча могла закончиться моей смертью. Ради крупицы полезных сведений приходилось каждый вечер шататься по тавернам и ловить чужие разговоры.

Тогда-то я и спрятался за маской Льва.

Мне нужна была информация, и я без колебаний взял чужую надежду в заложники. Пользовался ею, пока не получал нужные сведения.

Откровенность в этом мире — роскошь, за которую платят жизнью. Стоит показать слабость — в тебя тут же вцепятся зубами. А каждый добытый мной козырь повышал шансы выжить не только у меня, но и у моих товарищей.

В те времена я действительно в это верил.

— Всё-таки легенды и действительность редко совпадают...

Но что изменилось теперь?

О смерти я по-прежнему не забывал. Только за прошедшие годы стал несравнимо сильнее.

Возглавил племя. Получил дворянство.

Дом Яндель теперь входил в Союз Аристократов Иных Рас и считался полноправным знатным родом. Мне больше не требовалось цепляться за сведения Круглого стола, как раньше.

А маску Льва я всё равно надевал. И продолжал водить всех за нос.

Почему?

Ответ нашёлся сразу.

Королева. Шут.

Волк, явно связанный с Аурилом Гависом. Непонятно откуда взявшиеся Чёрная Маска и Бабочка.

Мне хотелось извлекать пользу из сведений, которые они могли принести.

Вот это было правдой без всяких оправданий.

— Спасибо, что сказали. По крайней мере теперь я смогу отказаться от пустой надежды.

В этот момент до меня дошло окончательно: прикрываться выживанием уже не выйдет.

Невозможно годами жить в грязи и самому остаться чистым.

— Но благодарить вас я всё равно не стану.

Дело было уже не в обстоятельствах.

Таким человеком стал я сам.

Обмануть. Прижать к стене. Запугать, если понадобится. И всё ради собственной выгоды.

Именно таких людей я когда-то ненавидел.

Я столько лет катился по этому миру с единственной мыслью — не сдохнуть, — что сам не заметил, когда превратился в одного из них.

За столом повисла тяжёлая тишина.

Даже Шут молчал. Обычно он непременно бросил бы что-нибудь вроде «сам виноват, что поверил» и посмеялся над пострадавшим, но сейчас лишь наблюдал.

Не знаю, сколько прошло времени.

Наконец Полумесяц поднялся.

— Я...

Он замялся лишь на миг.

— Я, пожалуй, уйду. Здесь мне больше нечего искать.

Сказал — и вышел раньше, чем кто-либо успел его остановить.

— Эм... Он правда ушёл?..

Мы были участниками анонимного сообщества и даже имён друг друга не знали.

Если мы сейчас разойдёмся, то можем больше никогда не встретиться.

Я это понимал.

И всё равно не сказал единственного, что следовало сказать.

«Прости».

Потому что в глубине души успел подумать: не выйдет ли мне боком простое извинение?

Полумесяц ушёл, но последнее собрание Круглого стола на этом не закончилось.

Со стороны могло показаться бессердечным, однако для этого места подобная реакция была естественной.

Мы никогда не были друзьями. Отношения между нами всегда оставались сугубо деловыми.

Хмык.

— И правда ушёл. Скучный человек.

Все дружно сделали вид, что не услышали Шута, и начали второй круг.

Второй круг снова открывал Олень.

Но вместо того чтобы поделиться сведениями, рыцарь посмотрел прямо на меня.

— И вот это...

Голос у него был жёсткий.

— Тебе действительно весело? Ты правда считаешь всё это развлечением?

Мы никогда не были особенно близки. Похоже, уход Полумесяца задел его сильнее, чем я ожидал.

— Олень... Может, сначала успокоитесь?..

Гоблин попытался вмешаться. Остальные тоже смотрели настороженно.

Но рыцарю было плевать.

— Человеку отчаянно хотелось поверить в чудо. Ты дал ему надежду, а потом отнял. Для тебя это всего лишь забава? Поэтому и признался сегодня — потому что больше случая не будет?

Если уж искать оправдание, то хотя бы в этом он ошибался.

Сегодня я сказал правду не ради удовольствия. Скорее из чувства ответственности... хотя правильнее назвать это виной.

А моя вечная игра в «интересно — неинтересно» за Круглым столом была нужна для другого.

Я создал образ Льва, чтобы легче обманывать этих людей и подталкивать их туда, куда было выгодно мне.

— Лев. Ты наверняка большая шишка. Куда крупнее такого человека, как я. Но промолчать я всё равно не могу.

Я не ответил.

— Ты просто сломанный человек.

Слышал я это уже не впервые.

Когда подобное впервые бросил мне Ли Бэкхо, я пропустил слова мимо ушей.

Но если одно и то же повторяют разные люди, наверное, дело всё-таки во мне.

Да. Я сломан.

Даже по меркам этого варварского мира я давно переступил черту.

И доказательство нашлось тут же.

«Придавить его жаждой убийства?»

Я первым делом думал не о том, что ответить Оленю как человек.

Я автоматически прикинул, что сделал бы Лев.

В голове уже сложилась привычная сцена: Лев коротко бросает «Забавно» и обрушивает на собеседника жажду убийства.

Потому что так проще.

И полезнее.

Хмык.

— Может, хватит? Смотреть уже неприятно. Знайте своё место, Олень.

Шут тут же полез защищать меня, словно был моим телохранителем. Я не стал ни останавливать его, ни поддерживать.

— Смешно. Шут, сколько бы ты ни лебезил, думаешь, ему есть до тебя дело?

— Это я и без вас прекрасно знаю. Так что не лезьте. Лучше закончите свой ход — все только вас и ждут.

После этих слов Олень молча поднялся.

— Что такое? Тоже решили уйти?

— Я не собираюсь до последнего изображать игрушку для его развлечения только ради того, чтобы урвать ещё одну крупицу сведений...

— Тогда валите уже. И не жрите чужое время.

Шут ледяным голосом оборвал рыцаря.

Олень несколько секунд смотрел на него, затем произнёс странную фразу:

— Раньше это место было другим.

И вышли.

Тишина вернулась второй раз за вечер.

Хе-хе...

— Ну и атмосфера у нас сегодня!

Волк засмеялся слишком громко, пытаясь разрядить обстановку.

— При Мастере, конечно, всё было куда дружелюбнее! Но что поделать? Его ведь здесь нет.

Ну да. Кто бы сомневался, что он опять вспомнит своего драгоценного Мастера.

— Нас стало на двоих меньше, но давайте всё-таки продолжим. Жаль заканчивать вот так. Больше мы, скорее всего, всем составом не соберёмся...

— А почему бы не вернуться к идее того дяденьки в маске Полумесяца?

Бабочка, до сих пор наблюдавшая за ссорой с явным удовольствием, предложила это совершенно невинным тоном.

— Только теперь отвечать честно обязательно. Исключение одно: вопрос, который может раскрыть личность. Как вам? Заодно обстановку разрядим.

— Я не против... Но «может раскрыть личность» — слишком расплывчато, разве нет?

— Да ладно, у нас же есть камень. Если кто-то откажется отвечать, пусть положит на него руку и скажет одну фразу. Сразу станет понятно, действительно ли ответ опасен или человек просто ищет отмазку.

— Для начала неплохо бы спросить, согласны ли остальные.

Королева сразу указала на главное.

Глаза Бабочки за маской весело сузились.

— Ой, сестрёнка, ну опять вы за своё.

— С какой стати я вам «сестрёнка»?

— По вам же видно. Вы наверняка старше меня.

Королева промолчала.

Похоже, возразить было нечего.

Бабочка тут же предложила проголосовать. В итоге дело действительно дошло до голосования.

— Шесть за, двое против.

Большинство поддержало новый порядок.

Против выступили только Королева и Чёрная Маска.

— Лев... Вы тоже за? Почему?

Хмык.

— Королева, вы до сих пор его не поняли? Потому что так будет интереснее!

На самом деле интерес тут был ни при чём.

У меня самого оставался вопрос, который хотелось прояснить до исчезновения Круглого стола.

— Ладно. Раз уж большинство решило, я подчинюсь. Но правила сначала формулируем чётко.

По требованию Королевы мы потратили несколько минут на детали.

— Итак. На каждом ходу один человек отвечает, остальные могут задать ему по одному вопросу. Он сам выбирает, на какой ответить. Думаю, этого достаточно.

— Да сколько можно обсуждать? Уже начнём, сестрёнка?

— ...Лиса, вы готовы?

— Да.

Первой отвечала Лиса. Остальные по очереди начали задавать вопросы.

— Помнится, раньше вы не слишком-то признавали Мастера. До сих пор так?

Разумеется, Волк опять спросил о Мастере.

— Я... пропущу.

Гоблин просто отказался от своего вопроса.

На мой вкус, совершенно бездарный ход. Я бы на его месте задал что-нибудь неважное таким тоном, будто речь идёт о страшной тайне. Тогда шанс получить ответ был бы куда выше.

Впрочем, почти все, включая меня, тоже предпочли промолчать. В итоге Лисе задали всего два вопроса.

Бабочка решила зайти с другой стороны:

— Вы уж очень подробно знаете, что происходило на первом подземном этаже. Сами сейчас там находитесь?

— Это уже слишком похоже на попытку вычислить мою личность.

— Да кто вас вычислит среди такого количества людей?

— ...Ладно. Считайте, что вопрос принят.

Когда вопросы закончились, Лиса выбрала один.

— Волк, вы спросили, считаю ли я Мастера своим благодетелем и теперь.

— О! Значит, мой вопрос.

— Ответ — нет. Тогда я не знала, что Мастер и Аурил Гавис — один человек.

— Хм... Жаль. В его дурной славе немалая заслуга мерзкого Королевского Дома. Но спорить не стану.

На этом ход Лисы завершился.

Следующим отвечал Волк. Вопросов ему досталось четыре.

Он выбрал тот, что задала Королева.

— Вы были правы. Господин Аурил Гавис способен не допустить окончательного закрытия «Охотников за привидениями».

Вот это уже звучало серьёзно.

«Если посмотреть с другой стороны... выходит, именно Аурил Гавис и добивается закрытия сообщества?»

Если да, то какую хрень он опять задумал?

Мысль неприятная. Сделать с ней прямо сейчас всё равно было нечего.

— Теперь очередь Гоблина.

Ему задали три вопроса — больше, чем Лисе, но меньше, чем Волку.

Гоблин выбрал вопрос Лисы, явно заданный ему в помощь, и быстро закрыл свой ход.

— Папе Церкви Реатласа осталось жить недолго. Насколько мне известно, следующим папой почти наверняка станет юный святой...

Сведения и правда были внутренними, но почти никого не заинтересовали.

Казалось, все уже хотели как можно быстрее добраться до следующих участников.

Хмык.

— Ну вот, наконец Королева.

Ей досталось пять вопросов — пока рекорд вечера.

И она выбрала тот, ответ на который ждали почти все.

— Раз уж общая картина вам теперь понятнее, скажу больше. Для работы этого духовного пространства нужен особый механизм. Он постепенно теряет энергию.

— Поэтому сообщество закрывают?

— Да. Мы искали способ исправить положение, но не нашли.

— Значит, если Аурил Гавис вмешается, пространство можно восстановить?

— Да. Только он этого не сделает.

Королева произнесла это без колебаний и закончила свой ход.

Место Полумесяца уже пустовало, поэтому дальше очередь перешла к Бабочке.

— М-м... Неужели вам и правда есть что спросить у меня?

Вот ради этого момента я, пожалуй, и поддержал игру.

Был один вопрос, ответ на который мне требовался любой ценой.

Я не стал высовываться первым. Подождал.

И не ошибся.

— Да. У меня есть вопрос.

Лиса сразу подняла руку и спросила именно о том, что интересовало меня.

— Вы говорили, что Миша Карлштайн — предательница. Я хочу услышать подробности.