Последнее собрание (3)

«Миша Карлштайн — предательница».

С того самого дня, когда Бабочка впервые бросила эту фразу, Лиса пыталась выяснить, что за ней стоит.

Даже без моей просьбы она, скорее всего, поступила бы так же. Хотела она того или нет, дальше ей предстояло действовать рядом с Мишей. А жить с мыслью, что один из товарищей может воткнуть нож в спину, — приятного мало.

Но вопрос был рискованный.

— Про Мишу Карлштайн вы спрашиваете... уже второй раз, кажется?

Бабочка ответила не сразу. Она внимательно смотрела на Лису, словно пыталась прочитать её намерения.

— Смотрю, вас очень интересует та зверолюдка.

— И что?

— Да ничего. Просто заметила.

После сегодняшнего собрания у многих наверняка останется подозрение: Лиса связана с Бьорном Янделем.

Она и без того слишком много рассказывала о первом подземном этаже. Практически ясно, что сама находится в Лабиринте.

«Ещё одна причина, по которой экспедиционному отряду Армина и клану Хектс надо вернуться как можно более полным составом».

Человека проще спрятать среди людей, как дерево среди деревьев. Чем больше будет выживших, тем меньше шанс, что кто-то вычислит Версил.

Но это потом.

— Теперь можно я?

Вопросы посыпались и от остальных.

— Кто дал вам код для входа за Круглый стол?

Королеву интересовало, кто дал Бабочке код и как та вообще попала сюда.

Впервые прозвучал вопрос и от Чёрной Маски. Уже это удивляло: обычно Чёрная Маска молчит. Но сам вопрос оказался ещё страннее.

— Ты считаешь, что Миша Карлштайн угрожает жизни Бьорна Янделя?

Что за хрень?

Почему прозвучал именно такой вопрос, я не понимал. Но для нас вмешательство Чёрной Маски оказалось даже полезным.

— Хм-м... Смотрю, Миша Карлштайн сегодня всем покоя не даёт.

Подозрений к Лисе стало чуть меньше — точнее, внимание просто рассеялось.

— Кажется, всё. Три вопроса.

Бабочка нарочно замялась, будто выбирала между одинаково заманчивыми десертами.

— М-м... И что же взять?..

Теперь всё зависело от неё.

Ответит Лисе или Чёрной Маске — я узнаю то, ради чего согласился на эту игру.

Выберет вопрос Королевы — придётся ждать следующего круга.

А если следующего круга не будет, я могу вообще никогда этого не услышать.

— Раз уж двое спросили почти об одном и том же, наверное, будет честнее выбрать эту тему?

Когда Бабочка это произнесла, я невольно расслабился.

Ненадолго.

Есть вещи, которые отчаянно хочешь знать — и одновременно боишься услышать.

— Только кому из двух отвечать?..

Она ещё немного помучила нас паузой, а затем рассмеялась.

— А, ладно. Сегодня я щедрая. Вопросы похожи, так что отвечу обоим.

На слух — одолжение.

И именно поэтому я насторожился.

Ни один магазин не устраивает акцию «два по цене одного», чтобы остаться в убытке.

У любого поступка есть причина. И чаще всего эта причина упирается в собственную выгоду.

«Если я первым делом думаю именно так, может, Олень был прав и я действительно уже настолько сломан?»

Неважно.

Я сосредоточился на разговоре.

Бабочка, вдоволь насладившись вниманием, наконец перестала тянуть.

— Миша Карлштайн вернулась к Бьорну Янделю по чужому поручению. Ей велели находиться рядом с ним. Но приказ никак не связан с его смертью.

Похоже, она говорила о Ли Бэкхо и камне воскрешения.

Меня как раз мучило, не было ли за словом «предательница» чего-то ещё.

Другая проблема никуда не делась.

«Откуда Бабочка вообще знает даже это?»

Она работает на Ли Бэкхо?

Вполне возможно. Код для входа сюда мне когда-то дал именно он.

— А что это было за поручение? Можно конкретнее?

— Да ничего особенного. Насколько я знаю, ей велели оставаться рядом, наблюдать и передавать сведения.

— А что она получила взамен?

— Кто знает? Это известно только ей самой... Ах да, врать нельзя. Тогда оставлю простор вашему воображению.

По моей версии, платой и был сам камень воскрешения.

Назвать Ли Бэкхо просто хитрым — ничего не сказать.

Наверняка сначала напугал Мишу рассказами о моей предначертанной смерти, потом предложил камень и попросил взамен шпионить.

Хотя настоящей целью, скорее всего, с самого начала было просто передать ей камень.

Зато теперь прояснилось главное.

— Других поручений ей не давали?

— Нет. По крайней мере, я о них не знаю.

Значит, вся затея Ли Бэкхо с Мишей сводилась к камню воскрешения.

Он наверняка и дальше что-то плетёт за моей спиной, но вероятность того, что Миша в этом участвует, стала заметно ниже.

И всё же меня не отпускал другой вопрос.

«Почему Бабочка так охотно всё выкладывает?»

Если Бабочка работает на Ли Бэкхо, объяснение напрашивалось само.

Он знает, что под маской Льва сижу я.

«Значит, сведения передают мне специально».

Чего хочет Ли Бэкхо, я давно понял.

Он хочет, чтобы я разочаровался в этом мире и перестал за него держаться.

Поэтому он и мог намеренно подбросить сведения о «предательстве» Миши: авось одного подозрения хватит, чтобы расшатать доверие к близким и заставить меня оглядываться на каждого.

Он почти ничем не рисковал. Получится — отлично. Нет — ничего не потеряет.

— Ну что, перейдём дальше? По-моему, я ответила более чем подробно.

Ход Бабочки закончился. Дальше наступила очередь Чёрной Маски.

— И что тут спрашивать?.. Мы ведь почти ничего не знаем.

В тоне Бабочки было что-то раздражающе весёлое, но с сутью никто не спорил.

От Чёрной Маски вообще редко можно было услышать хоть слово; загадочности это только добавляло.

И всё же вопросы нашлись.

— Тогда спрошу так. Зачем вы только что уточняли, опасна ли Миша для жизни Бьорна Янделя?

Бабочка явно заинтересовалась личностью Чёрной Маски.

Лиса тоже пошла в ту же сторону:

— Вы сейчас находитесь на первом подземном этаже?

Похоже, обе подозревали, что Чёрная Маска может быть кем-то из людей вокруг нас.

Только Королеву личность Чёрной Маски не интересовала.

— Раньше вы говорили, что Аурил Гавис смог попасть на Землю благодаря пространственной магии. Откуда у вас эти сведения?

Все три вопроса были любопытными.

Если расставлять по важности, я бы выбрал вопрос Королевы. Но выбирать предстояло не мне.

После короткой паузы прозвучал ответ:

— Я никогда не был на первом подземном этаже.

Выбор пал на вопрос Лисы.

Логично. Если этот человек действительно не был среди нас на первом подземном этаже, это самый безопасный ответ.

— Достаточно?

— Да...

На этом ход Чёрной Маски закончился.

Шут будто только и ждал своей очереди.

Хмык.

— Наконец-то я!

Вот человеку нравится внимание.

— Ну же, спрашивайте! У каждого наверняка накопилась целая куча вопросов!

Слушая этот самодовольный голос, мне захотелось назло промолчать и оставить его без единого вопроса.

Не вышло.

— Мне даже неприятно признавать, что у меня есть вопрос к этому человеку.

Хмык.

— Как приятно слышать слово «неприятно»!

Один за другим заговорили Лиса, Волк, Гоблин, Королева, Чёрная Маска.

Все, кроме меня и Бабочки.

Шут сиял так, будто только что выиграл турнир.

— Пять вопросов. Кажется, новый рекорд?

— Хватит любоваться собой. Выбирайте уже.

— Но ведь один человек ещё не сказал, что пропускает ход.

Он спокойно проигнорировал Королеву и посмотрел на меня.

Ясно. Ждал вопроса от Льва.

Детский сад.

— Ничего не приходит в голову.

— Вот как...

Слишком уж разочарованно прозвучало.

Я добавил почти машинально:

— Мне всё равно, о чём. Расскажи что-нибудь интересное.

Ошибкой это не было. С таким характером Шут скорее выдаст полезную информацию именно тогда, когда захочет меня впечатлить.

Так и вышло.

— Интересное... Что ж, почему нет. Тогда позвольте ненадолго стать рассказчиком.

— Господи... Могли бы просто ответить на один из вопросов.

Королева вздохнула, но взгляд не отвела.

Как бы её ни раздражал Шут, услышать его «интересную историю» хотелось и ей.

— 2 июня 154 года Эры Сотворения. Люди Ноарка, много лет прожившие глубоко под землёй, в канализации, куда не проникал ни один луч солнца, наконец вышли за городскую стену.

Так начался рассказ Шута.

— Мир снаружи оказался совсем не таким, каким его описывали. Никакого проклятия ведьмы. До самого горизонта — зелёные леса и поля.

— И?

— Жители Ноарка отправились изучать огромный незнакомый мир. Потом нашли подходящее место и основали поселение.

— Можно без этого театра? Сразу к сути...

Хмык.

— Не торопитесь. Сейчас как раз начинается важное.

— Говорите.

— У людей Ноарка появился вопрос. Зачем Королевский Дом держал всех за стенами? Почему запрещал выходить наружу, если с миром за стеной всё в порядке?

Никто не перебил.

— Они долго искали ответ и в конце концов его нашли. А совсем недавно приняли судьбоносное решение.

Тук. Тук.

Шут постучал пальцами по столу, нарочно нагнетая напряжение.

Затем выдал главное.

Я, правда, так и не понял, как из всего сказанного следовал именно такой вывод. Но новость от этого не становилась менее серьёзной.

— Ноарк решил вторгнуться в Рафдонию.

Большая война перестала быть далёкой возможностью.

Ноарк и Королевский Дом воевали давно.

После того как силы Ноарка вышли за стены, бои с Королевским Домом всё равно шли только в Лабиринте. Ноарк удерживал седьмой этаж, сражался с королевскими войсками и постепенно наращивал силу.

Теперь война собиралась выплеснуться в реальный мир.

— Вторжение?.. Вы уверены?

Хмык.

— Я похож на человека, который станет лгать здесь и сейчас?

— Когда? Когда они собираются начать?

Новость потрясла всех. За столом заговорили разом, каждый пытался вытянуть из Шута ещё хоть что-нибудь.

Но тот вовремя остановился.

— Хотите знать больше — узнавайте сами. Мой ход закончен. Хотя... если до конца вечера вы сумеете развлечь меня чем-нибудь достойным, я ещё подумаю.

Жаль.

Я ожидал, что на волне собственного выступления он расскажет больше.

— Эм...

Я как раз обдумывал услышанное, когда Шут вдруг обратился ко мне.

Голос стал непривычно осторожным.

— Ну как?.. На этот раз вам хоть немного было интересно?

Реакция показалась странной.

«Он ведь, похоже, только ради меня и вывалил план вторжения».

Почему ему так нужны моё внимание и одобрение?

После сегодняшнего дня мы вообще могли больше никогда не увидеться.

Я не понимал.

Поэтому ответил вопросом:

— Это и есть твой вопрос?

Потому что теперь наступала моя очередь.

И уже мне предстояло выслушать остальных и выбрать, кому отвечать.