Командир корпуса (2)

Если в помещении, полном людей, внезапно становится тихо, причина всегда есть.

Все могут напряжённо следить за чем-то одним. Могло случиться несчастье, после которого не до разговоров.

А иногда люди просто настолько ошеломлены, что не находят слов.

— ...!

— ...!

Сейчас был именно третий случай.

По лицам командного состава отлично читалось, насколько всех выбили из колеи мои слова и то, что я занял кресло командующего. Но возражать никто не спешил. Все смотрели в одну сторону.

На Джиллена Эвоста.

Если командующий не мог исполнять обязанности, именно заместитель по закону должен был принять командование экспедиционным корпусом.

Вообще я довольно высоко его оценивал.

В тело Джерома Сентреда вселилось совершенно постороннее чудовище, а корпус продолжал работать как ни в чём не бывало. Значит, повседневное управление держалось прежде всего на Эвосте.

«Наверняка после моего доклада он собирался официально объявить о вступлении в должность».

И всё прошло бы быстро, без единого возражения.

Если бы не я.

— ...

Собравшиеся ждали его реакции. Сам заместитель молчал и, похоже, спокойно подбирал слова.

«Не вижу причин давать ему время на раздумья».

Я посмотрел прямо на него.

— Неужели ты до сих пор не понял, что я хотел сказать?

Я нарочно говорил чуть вызывающе. Эвост наконец ответил:

— Нет, барон. Я прекрасно понимаю, почему вы заняли это место. Я лишь думал, какими словами убедить вас отказаться от этой затеи.

— Убедить... Значит, ты не признаёшь за мной права здесь сидеть?

На этот раз провокация была ещё прямее. Офицеры вокруг округлили глаза.

По их лицам читалось примерно одно и то же: «Ты вообще слышишь, что несёшь, варвар?»

Вслух этого никто не сказал — мешали мой титул и репутация.

Хуже того, товарищи смотрели примерно так же.

Даже Амелия, которую я считал своей правой рукой, отошла подальше и уставилась на меня с выражением: «Он правда окончательно ёбнулся?»

— Разумеется, — произнёс Эвост.

Все снова перевели взгляд на него.

— У вас нет права становиться командующим экспедиционным корпусом.

— Почему?

— Потому что вы командир временной четвёртой группы. Именно временной, а не одной из официально утверждённых групп.

Он говорил спокойно и последовательно.

— Согласно военному закону, утверждённому Королевским Домом, если старший по должности погибает или не способен выполнять обязанности, командование принимает следующий за ним в служебной иерархии.

Вот уже и королевским законом прикрылся.

Можно подумать, я сел сюда, ничего об этом не зная.

— Тогда проблемы нет. После графа выше всех здесь я — барон.

Хотя в корпус собрали сплошную элиту, дворянские титулы были только у нас с графом.

Что вполне логично. Какому титулованному аристократу придёт в голову лезть в Лабиринт, тем более на первый подземный этаж, который ещё толком не исследован?

Даже настоящего графа Сентреда сюда затащили лишь потому, что армии требовался главнокомандующий.

— ...Полагаю, барону сначала следует разобраться в разнице между должностью и дворянским титулом.

Эвост вздохнул.

Он держался куда спокойнее, чем я ожидал. Я бы на такую хуйню давно перестал отвечать и взялся за молот.

— Должность, титул... Какая разница? И то и другое — статус. А после графа знатнее всех здесь я.

Я снова принялся гнуть своё.

Заместитель не сорвался. Так же ровно разъяснил разницу между служебным рангом и дворянским достоинством. Потом перешёл к принципам командования, перечислил политические проблемы, которые вызовет моя выходка, и ещё долго читал лекцию о военном праве.

А я дождался конца и спросил:

— И?

— ...Что?

— Почему мне всё-таки нельзя?

Даже у мудреца опустятся руки, если сколько ни говори — всё как об стенку горох.

— ...

После долгих попыток меня образумить Эвост наконец замолчал. Понял: убеждать бесполезно.

Я как раз ждал этого момента.

— Джиллен Эвост.

Смешно, конечно, слышать подобное от варвара, который только-только положил начало собственному баронскому роду.

Но его характер я уже примерно понял.

С этим человеком лучше говорить именно так.

— Я не собираюсь выполнять приказы того, у кого даже титула нет.

И, помолчав, добавил:

— Да и вообще... ты способен отдавать мне приказы?

— ...

— По-настоящему. Сможешь обращаться со мной так же, как с другими подчинёнными?

Эвост не ответил.

В нём хватало и упрямства, и честности: даже ради приличия он не стал лгать.

Только для командующего этого мало. А вот для помощника — в самый раз.

— ...

— ...

Молчание затянулось.

Я отвёл от него взгляд и осмотрел остальных.

И заметил любопытную вещь: на лицах не было ни паники, ни особенной тревоги. Люди просто затаили дыхание и ждали, чем закончится спор.

«Им, по сути, всё равно, кто именно сядет в кресло».

Для Эвоста довод с титулом был очевидной натяжкой. Для остальных — уже не такой.

Барон, официально признанный Королевским Домом.

В Рафдонии это значило очень много.

Хотя настоящая причина их спокойствия была, конечно, не только в этом.

— Слушайте все.

Я решил, что момент настал, и отбросил шутливый тон.

— Сейчас мы на распутье.

И дело не в том, кого выбрать командующим.

— Мы можем выполнить приказ Королевского Дома и вернуться в город с победой. А можем навсегда застрять здесь и уже никогда не выбраться.

Чем дольше длилась экспедиция, тем чаще эта мысль наверняка приходила каждому. Просто никто не хотел произносить её вслух.

Теперь я произнёс.

— Но если будете доверять мне и выполнять мои приказы...

Длинная речь не требовалась.

— Я обязательно верну вас домой.

Доказывать, что мои слова чего-то стоят, тоже не пришлось. Я уже достаточно показал делом — в Хрустальной Пещере, когда появился Владыка Бездны, потом в Гоблиньем Лесу и во время экспедиции в Айсрок.

То же самое было и здесь, на первом подземном этаже. На Библиотечном Острове именно я принял на себя самую тяжёлую часть боя с монстром первого ранга, а затем провёл нас через все статуи Стражей, открыл разлом и вошёл туда сам.

А что сделал за это время заместитель?

Он прекрасно поддерживал порядок в корпусе и следил, чтобы сам корпус не развалился.

Но на этом всё.

Поэтому, если люди уже начали думать: «Сколько ещё мы будем здесь торчать?», легко понять, кого они сочтут более надёжным командиром — того, кто, по их мнению, сумеет вывести их отсюда.

Эвост понял это не хуже меня.

— Барон, все здесь, включая меня, знают, что вы человек неглупый. Чего вы хотите? Что мы должны сделать, чтобы вы сочли решение приемлемым?

Он спросил прямо.

Я усмехнулся.

— Соберём всех и проведём голосование.

Демократия всегда права.

Голосование.

Способ принятия решений, который меньше всего подходит армии с её жёсткой вертикалью.

Но Эвост, к моему удивлению, согласился почти сразу.

«Понял, что иначе моё упрямство не остановить».

Наверняка он и сам рассчитывал на победу. Титула у него не было, зато он принадлежал к дворянскому роду и пользовался большим уважением у рыцарей.

«Пятьдесят на пятьдесят...»

Его подчинённые проголосуют за него. Временная четвёртая группа — за меня.

По численности стороны были примерно равны, так что исход решали остальные бойцы корпуса.

Вскоре подсчёт закончился.

— Результат готов.

Победа вышла на тоненького: я набрал чуть больше половины голосов.

Похоже, многие действительно считали, что для выхода с этого этажа нужен сильный руководитель.

В итоге повезло и мне, и Эвосту.

Мне не пришлось пускать в ход план Б на случай поражения.

— Раз всё решено...

Я без лишних церемоний занял кресло командующего и отдал первый приказ.

— Джиллен Эвост, остаёшься заместителем командующего. Работа у тебя та же, что и раньше. Справишься?

— Да.

Распоряжение было в основном символическим: мне требовалось вслух закрепить новую иерархию перед всеми.

После этого я так же естественно повёл совещание дальше.

— Забавно вышло: до разговора о разломе добрались только сейчас.

Я наконец рассказал, что произошло внутри. Не во всех деталях — главным образом о судьбе архиепископа, которая интересовала людей сильнее всего.

— Он... действительно стал священником Каруи?!

— Подождите. Тогда граф погиб из-за архиепископа?..

Священнослужители из командного состава заметно занервничали.

Дело было не только в падении архиепископа. Выходило, что именно он стал причиной гибели командующего.

— Успокойтесь. Ответственность на Церковь Трёх Богов за это никто возлагать не будет. Случившееся было бедствием, которого никто не мог предвидеть. Архиепископ погиб при выполнении опаснейшего задания — вот и всё.

Я сразу снял главный страх: что эта история обернётся для них политическими последствиями.

— Тем более граф Сентред ведь не умер по-настоящему, разве нет? По возвращении в город у вас из-за этого не будет неприятностей.

— Если так... это облегчение.

Передо мной сидели не обычные храмовые служители. Каждый занимал заметное положение в Церкви Трёх Богов.

Поэтому в вопросах выгоды они ориентировались куда лучше, чем можно было ожидать от людей их сана.

— Ладно. Теперь к делу. Заместитель, исследование комнаты за каменной дверью закончено?

— По статуям — ещё нет.

— А про портал уже что-то выяснили?

— Требуется дополнительная проверка, но большинство магов считает, что он ведёт наружу.

— Понятно.

— И всё же проходить через него прямо сейчас я бы не советовал.

— Почему?

— Снаружи, вероятно, снова начался сезон дождей.

Я даже не подсчитывал даты. Значит, по календарю наверху уже снова лили дожди.

— Тогда остаёмся здесь до его конца и заодно спокойно всё исследуем.

На этом сегодняшнее совещание можно было заканчивать.

Я откинулся на спинку кресла и наконец произнёс фразу, которую хотя бы раз в жизни мечтал сказать:

— Жрать хочу. Все свободны.

Люди разом потянулись к выходу, и шатёр вмиг опустел.

Остался только один.

— Заместитель, хочешь что-то сказать?

На деле смысл был проще: если есть претензии — выкладывай сейчас.

Эвост вместо ответа усмехнулся.

— Знаете, барон, я один из тех, кто искренне рад, что командующим стали именно вы.

— ...Что?

На попытку подлизаться к новому начальству это не походило даже отдалённо.

— Если честно... в голосовании я выбрал вас.

— Зачем?

— Потому что знаю предел своих возможностей. Должность, на которой приходится отвечать за сотни людей, мне не подходит.

— Но громче всех против выступал именно ты.

— Мне тоже нужно было чем-то оправдаться. Иначе по возвращении в город меня бы просто заклевали.

Эвост встал и отдал мне честь.

— Поэтому рассчитываю на вас, барон. Чем лучше вы поведёте корпус, тем меньше проблем в итоге придётся разгребать мне.

Похоже, сказать больше он не собирался. Перед уходом Эвост положил на стол мешочек с вяленым мясом.

— Вы же сказали, что голодны.

Дверь за ним закрылась.

Странное чувство — будто меня только что ловко провели.

Я сунул полоску мяса в рот и прожевал.

«Вкусно».

Теперь этот экспедиционный корпус принадлежал мне.

Режим настоящего варвара — командира корпуса — оказался чёртовски удобным.

Если честно, мне уже надоело передавать распоряжения через старосту, который лишь изображал командующего.

Теперь лишнее звено исчезло.

И не только оно.

— Вы хотите изменить всю организационную структуру?..

— Да. Разбить несколько сотен человек на четыре группы и дальше свалить всё на их командиров — неэффективно.

Я мог свободно отдавать распоряжения, на которые староста, вынужденный поддерживать образ графа Сентреда, никогда бы не решился.

— Неэффективно... понятно.

— И тех, кто участвует в совещаниях командования, я тоже поменяю. Имей в виду.

— Да...

При всём этом Эвост оставался исключительно полезным человеком.

Какой бы приказ я ни отдал, он не начинал с возражений, а сразу думал, как его выполнить.

Хотя, с другой стороны, это и недостаток: он почти не умеет говорить начальству то, чего оно не хочет слышать.

— Ты и правда забрал себе место командующего, — заметила Амелия позже.

— Жалеешь, что сама не стала заместителем?

— ...Мне такое даром не нужно.

Могла бы хоть раз сказать что-нибудь приятное.

— Осторожнее. Здесь проблем, скорее всего, не будет. Но когда вернёмся в город, Королевский Дом вполне может придраться к тому, как именно ты получил должность.

Нет. У неё действительно привычка на любую мою реплику отвечать сначала чем-нибудь неприятным.

Наверное, за это я её и ценю.

— Может, хочешь чего-нибудь? Теперь я командующий, могу приказом выдать тебе почти что угодно...

— Пойду.

— Тогда по дороге найди Рейвен и пришли сюда!

— ...

Амелия ушла, даже не ответив.

Но вскоре в шатёр действительно заглянула Рейвен.

— Вы меня звали, господин командующий?

— Какой ещё «господин командующий»? Садись.

Она всё ещё смотрела на меня в кресле так, будто не могла поверить своим глазам. Потом подошла и села рядом.

— Так зачем звали? Из-за исследования?

— Оно тоже интересно. Но сейчас нужна одна услуга.

— А можно я просто уйду?

— Нельзя. Приказ командующего.

— Эх... Надо было всё-таки голосовать за господина Эвоста.

Поздно жалеть.

Корпус уже мой.

— Ладно, говорите. Что за услуга?

Я достал предмет, который всё это время прятал при себе.

— Венец?.. Что это?

— Сам не знаю. Он появился после того, как староста убил архиепископа.

— Выпал не из монстра?

— Именно. Поэтому и подозрительный. И, скорее всего, очень необычный.

Рейвен тут же оживилась. Она подняла Венец Страдания, повертела его в руках и внимательно осмотрела со всех сторон.

— Нумерованный артефакт... Нет, не похоже. О таком венце я тоже никогда не слышала. Я могу забрать его? Вы ведь для того меня и позвали, чтобы я выяснила, что это такое.

— Да, ради этого. Но никому о венце не говори. И исследуй одна.

— Почему?

— Потому что работа секретная. Кроме меня, о венце знаешь только ты.

Я нарочно подал это так, будто говорил: «Тебе одной доверяю, поэтому и посвящаю в тайну».

Обычно Рейвен на такое велась.

Но...

— Только я?..

К сожалению, умом она не обделена и чужие намерения схватывает быстро.

— Это же хищение!

Рейвен отдёрнула руки от венца, будто обожглась, и отшатнулась — явно уже представила, как её запишут в сообщницы.

Ничего страшного.

— Какое ещё хищение? Это решение командующего.

— Не смешите меня!

— Так ты отказываешься? От неизвестного сокровища, добытого в разломе первого подземного этажа?

— ...Я не говорила, что отказываюсь.

Рейвен быстро оглянулась по сторонам.

И в следующую секунду Венец Страдания исчез в её подпространстве.