Командир корпуса (4)

На моё предложение всё-таки сунуть камень в статую Рейвен сначала ничего не ответила. По глазам было видно: ей самой ужасно хотелось проверить. Но через несколько секунд здравый смысл победил.

— Нет, вот так сразу ставить эксперимент всё-таки жалко.

— В Лабиринте половину вещей иначе и не выяснишь.

— Я знаю. Просто камень мне дорог. Если он исчезнет впустую, будет очень обидно.

Возразить было нечего: владелицей камня оставалась она. К тому же даже успешный эксперимент мог создать проблемы. Вдруг мы действительно зацепим какой-нибудь скрытый механизм и застрянем ещё на несколько дней? После окончания сезона дождей я собирался немедленно продолжить путь, а люди и без того слишком долго сидели взаперти на одном месте. Напряжение понемногу накапливалось у всех.

Значит, камень разлома Камбормира пока оставался при Рейвен, а статуи — при мне.

— Тогда я пойду! Надо ещё придумать имя венцу.

Она ушла, и палатка опустела.

Однако думал я теперь вовсе не о статуях.

«Слишком уж удачно всё совпало».

Свойства венца не выходили из головы. Мы добыли его, убив архиепископа, который перешёл на сторону Каруи, и этот же артефакт давал полный иммунитет к воздействию на разум.

Совпадение выглядело так, будто предмет специально положили в награду за одну часть прохождения, чтобы использовать в следующей.

А у меня как раз оставался незакрытый вопрос: красный портал, который мы тогда не смогли исследовать. Что было за ним?

С этим венцом в следующий раз, возможно, получится дойти дальше и увидеть всё своими глазами.

Если этот «следующий раз» вообще будет.

Разлом уже засчитался как пройденный. Статуи Стражей на этажах с первого по пятый, которые раньше открывали путь, больше не реагировали на прикосновение. Сейчас нам оставалось только воспользоваться порталом в каменной комнате и выйти наружу.

«Интересно, сколько длится откат?»

Может быть, после выхода достаточно снова вернуться — и доступ восстановится. Может, придётся ждать. А с учётом того, сколько неизвестного скрывал первый подземный этаж, нельзя исключать и худший вариант: разлом был одноразовым, и второй попытки не будет никогда.

Я просидел в пустой палатке ещё какое-то время, перебирая варианты, а потом достал из пространственного хранилища рюкзак старосты. Тот самый, который он вручил мне перед входом в разлом.

Внутри лежала записная книжка. Староста уверял, что оставил в ней ответы на все мои вопросы, поэтому, едва мы выбрались и разобрались с неотложными делами, я прочитал её от корки до корки.

И с каждым новым прочтением вопросов становилось только больше.

«Его что, убьёт, если он хоть раз объяснит всё нормально?»

Некоторые записи хотя бы удавалось связать с уже знакомыми вещами.

[Если на Библиотечном Острове тебе покажется, будто рядом кто-то есть, выйди оттуда примерно на сутки и вернись. К тому времени все раскиданные книги снова будут стоять на своих местах.]

Понятно. Хэмсик.

[Если найдёшь ещё одну пространственную стелу, не проявляй к ней никакого интереса. Повторяю: выход, который ты ищешь, — тот единственный, что находился в нашей деревне.]

Вероятно, речь о стеле с Острова Великанов.

А вот дальше начинался настоящий сборник страшилок.

[Если во время исследования Острова Великанов земля внезапно окажется под огромной тенью, ни в коем случае не смотри вверх. Подожди. Тень уйдёт сама, и после этого вы сможете продолжить путь.]

[На вершине острова, который ты называл Древесным, ничего нет. Если всё же что-нибудь увидишь или услышишь, надень повязку на глаза, заткни уши и задержи дыхание. Тогда сможешь пройти без вреда.]

[Если во время сезона дождей начнут подниматься волны, немедленно прекрати путь и найди укрытие. Такое место есть почти на каждом острове. Только не возвращайся на Каменный Остров, где ты впервые очнулся после попадания сюда. И дело вовсе не в том, что лишь на нём негде спрятаться.]

[Золотая книга вряд ли поможет тебе добиться твоей цели.]

[Если вне сезона дождей увидишь коня, бегущего по небу, не делай ничего опрометчивого. Не нападай первым и не приближайся — тогда никаких проблем не возникнет.]

В какой-то момент стало казаться, что староста не советы оставлял, а целенаправленно собирал городские легенды для тех, кто любит по ночам пугать себя до усрачки.

Последняя запись, по крайней мере, была предельно ясной.

[Если однажды начнётся пространственный коллапс и весь этаж станет разрушаться, отправляйся на остров, где стояла наша деревня. Там откроется портал на поверхность.]

То есть при пространственном коллапсе с первого подземного этажа можно выбраться наверх.

Из этого следовал ещё один вывод, и он мне совсем не нравился.

«Похоже, староста другого способа тоже не знает».

Просто ждать, пока начнёт рушиться весь этаж. Вероятно, это и был единственный известный ему путь наружу.

Тогда становилось понятнее, почему он не остался с нами, а использовал [Алтарь Еретиков], чтобы уйти самостоятельно. Староста не мог знать, когда выберусь я. Если коллапс случится только после того, как мы проторчим здесь бог знает сколько, ждать вместе с нами ему было незачем.

Но одна вещь в записной книжке отсутствовала полностью.

«Ни слова о Радужном Острове».

Я перечитал всё несколько раз, вывернул рюкзак, проверил каждую складку — ничего. Между тем именно Радужный Остров казался мне наиболее вероятным ключом к выходу.

Он знал и намеренно промолчал? Или сам понятия не имел?

Спросить уже не у кого. Настоящий староста давным-давно должен был прийти в себя в городе, и схватить его здесь за грудки я при всём желании не мог.

Значит, оставался самый обычный способ.

Идти и смотреть самому.

На то мы и исследователи.

Как только сезон дождей закончился, мы прошли через портал наружу.

Каменные врата стояли посреди серебряного моря. Лодчонки, на которой мы сюда добрались, разумеется, нигде не было, так что первый же человек, вышедший из портала, смачно плюхнулся в воду. За ним — остальные.

Плюх!

«Господи, ну и ебля...»

Пришлось повозиться, прежде чем весь экспедиционный корпус оказался на призванных судах. Зато заодно выяснилась важная деталь: каменные врата не оставались открытыми постоянно.

— Врата уходят под воду!

Едва последний человек выскочил из портала, створки сомкнулись. Огромная каменная конструкция медленно погрузилась в море и вскоре совсем исчезла под поверхностью.

«Вот и ответ. Сразу зайти второй раз нельзя».

Жаль, но не катастрофа. Если механизм работает циклично, рано или поздно врата поднимутся снова.

Если, конечно, это вообще не одноразовая штука.

— Барон, все суда готовы к выходу.

Я стоял на носу и смотрел туда, где только что исчезли врата. Вокруг моего корабля выстроились три военных судна, будто составляли почётный эскорт.

— Поднять флаг. Выдвигаемся!

На мачте тут же взвился сигнал, корабль набрал ход.

Ш-ш-ш-ш-ш!

Мы первыми резали серебряную воду, а три военных корабля шли следом.

Вот уж действительно колесо фортуны крутится. По дороге сюда это мы тащились за ними в хвосте.

— Бьорн, есть хочешь?

— Спасибо.

Миша, исправно исполнявшая обязанности главы секретариата, вручила мне перекус. Я уже успел прожевать половину, когда рядом остановилась Амелия.

Она посмотрела на еду.

— Это ещё что?

— Перекус от моего секретаря.

— И долго ты собираешься играть в эти дебильные должности?

Вот так сразу и по больному.

— Тебе, что ли, не нравится быть начальником разведки?

Должность я придумал специально под Амелию: она отвечала за всех, кто годился для скрытного поиска, разведки и передовых задач. Как-никак человек стоял у истоков нашего клана — не оставлять же её вообще без поста.

Амелия только тяжело вздохнула, покачала головой и ушла по своим делам.

«Скукотища».

Я ещё долго бродил по кораблю, но всюду люди и без меня прекрасно справлялись со своими обязанностями. В конце концов пришлось то сидеть в каюте, то трепаться с товарищами, лишь бы убить время.

Так продолжалось до Библиотечного Острова.

— Я ненадолго сойду один.

Остальные остались наверху, а я спустился внутрь острова.

Книги, которые мы в прошлый раз оставили в полном беспорядке, снова аккуратно стояли на полках. В огромном помещении было так тихо, что шаги несколько раз возвращались эхом.

Никаких следов Хэмсика.

«Спит у себя?»

— Хэмсик!

Мой голос прокатился между стеллажами. Через несколько секунд из-за полки осторожно высунулась пушистая голова.

— А, вот ты где. Чего не дома?

[Ты серьёзно спрашиваешь?!]

Точно.

Перед уходом мы разнесли его жилище к хуям.

— ...Извини.

[Ха! И зачем ты пришёл? Ещё и один.]

— Хотел тебя увидеть. Остальные ждут наверху. Иди сюда.

Хэмсик не двинулся сразу. Сначала осмотрелся, будто ожидал подвоха, и только потом показался целиком.

[Меня... увидеть?]

— Ага.

[Зачем?]

Причина у меня была вполне конкретная.

Совсем недавно в разломе я встретил другое существо, выглядевшее как Хэмсик, но даже не знавшее этого имени.

[Моё имя не какой-то там Хэмсик!..]

После той встречи со «вторым Хэмсиком» у меня почти не осталось сомнений: с этим пушистым ублюдком связана какая-то большая тайна. Даже если сам он о ней ничего не знает.

Но выкладывать всё сразу я не собирался.

— Ну ты даёшь. Разве другу нужен повод, чтобы прийти в гости?

Я широко улыбнулся и пошёл к нему. Хэмсик, наоборот, напрягся ещё сильнее.

[Не ври!]

— Чего?

[Ты не мог прийти просто так. Тебе от меня что-то нужно!]

Вот зараза. Совсем обтесался рядом с людьми. Со старым наивным Хэмсиком было гораздо удобнее.

Я усмехнулся.

— Ладно. Нужное дело есть.

[Так я и знал!..]

— Хэмсик, поехали со мной. Уйдём отсюда вместе.

[...Что?]

Он уставился на меня так, будто не понял ни одного слова.

Эх. Не зря я хотел сначала немного его обработать.

[Что значит «уйдём вместе»?]

— То и значит. Сколько ты ещё будешь сидеть здесь и бесконечно расставлять книги? Когда нас нет, тебе даже убирать нечего.

Хэмсик нахмурился. Похоже, я попал в больное место.

Ну и хорошо. Чтобы жизнь сдвинулась с места, иногда нужен хороший пинок.

— Ты и так просидел здесь чёрт знает сколько. Пора выбираться. Давай со мной.

[И что изменится, если я выйду?]

— Многое.

По лицу было видно, что ответ его не убедил. Пришлось говорить конкретнее.

— Для начала ты увидишь, что вообще находится за пределами этой библиотеки. Ты столько времени прожил здесь и даже не знаешь, какой мир снаружи.

[Мне неинтересно.]

— Огромное серебряное море. Неизвестные острова. Вообще ничего не хочется увидеть?

[Нет.]

Вот этого я не ожидал. И ведь не отмахивался — действительно не хотел.

Пришлось заходить с другой стороны.

— Ты потерял память. Сам не знаешь, кто ты и откуда взялся. Если начнёшь путешествовать, может, что-нибудь вспомнишь.

Ответ последовал не сразу.

[И с чего ты решил, что вспомню?]

Ага. Вот это уже зацепило.

— А ты можешь доказать, что не вспомнишь?

Хэмсик долго молчал.

[...Это нечестный довод.]

— Ещё какой.

Я и не спорил. Но кое в чём был уверен.

— Зато если останешься здесь до конца жизни, точно ничего не изменится.

Это уже было не уловкой, а моим собственным правилом.

Лиха беда начало. Пока не сделан первый шаг, всё остаётся на нуле. Сделал хоть один — и дальше разница со временем только растёт.

Хэмсик всё равно колебался. Казалось, ещё немного — и его можно будет дожать.

[Ответь на один вопрос.]

— Какой?

[Зачем тебе брать меня с собой? Только правду.]

Вот же приставучая тварь.

Я вздохнул и посмотрел куда-то мимо него.

— А как, по-твоему, мне спокойно смотреть?

[На что?]

— На то, как мой друг в одиночестве киснет дома и жалеет себя.

Это тоже было правдой.

За всё время я успел к нему привязаться. И мысль оставить Хэмсика здесь одного почему-то не давала покоя.

Согласился он далеко не сразу.

[Ладно. Я пойду с тобой.]

Видимо, помогло то, что потом я пообещал: если он передумает, сам доставлю обратно на Библиотечный Остров.

— Правильное решение.

[Но если я буду рядом, у вас начнутся проблемы. Другие люди... считают меня чудовищем.]

— Вид спрячем. Пока оставайся в моей каюте.

[Тогда какая разница? Я опять буду сидеть взаперти.]

— Место другое.

[...]

— И вообще, дома у тебя больше нет. А в каюте есть кровать. Очень мягкая.

[...]

— Чего мнёшься? Решение уже принято. Пошли, времени нет.

Пока Хэмсик не успел дать заднюю, я быстро вывел его с острова.

На корабле сначала велел всем уйти с палубы. Когда вокруг не осталось ни одного постороннего взгляда, провёл Хэмсика в свою каюту.

— Ну как? Нормально же. И окно есть — море видно отлично.

[Пф. Нашёл чем удивить. Я уже видел это море несколько раз.]

— Ого. Значит, всё-таки выбирался наверх? А говорил, что внешний мир тебе совсем неинтересен.

[...]

— Ладно, располагайся. Я потом зайду. Сейчас надо вернуть людей на места и дать команду к отплытию.

[Делай что хочешь.]

Я спрятал нового пассажира, разрешил людям вернуться на палубу и наконец вышел наружу.

— Отдать швартовы! Выдвигаемся!

Четыре корабля снова пошли вперёд.

До Радужного Острова — неизвестного места примерно в месяце пути от нашей нынешней точки — предстояло добираться долго.

Ш-ш-ш-ш-ш!

Суда набирали ход, разрезая серебряную воду, когда на палубе внезапно поднялся шум.

— Э?.. Это что?

Мы отплыли совсем недавно. Я вышел посмотреть и обнаружил, что почти все задрали головы к небу.

— Лошадь?

— Похоже же на лошадь, да?

Лошадь?

Я тоже посмотрел вверх.

Высоко над морем по небу действительно бежал силуэт коня — белый, светящийся, отчётливо видимый даже с такого расстояния.

Рука сама потянулась за записной книжкой старосты.

[Если вне сезона дождей увидишь коня, бегущего по небу, не делай ничего опрометчивого. Не нападай первым и не приближайся — тогда никаких проблем не возникнет.]

Да уж.

Не думал, что этот совет пригодится настолько быстро.