Триумфальное возвращение (1)

Тайный проход тянулся метра три и вывел нас в помещение, похожее на диспетчерскую.

Почти всю стену занимали прямоугольные стеклянные экраны. На них в реальном времени отображались разные участки здания.

И ещё...

«Да тут пультов до хрена».

Кнопок и рычагов было столько, что я невольно подумал о кабине самолёта.

— Яндель.

На зов Амелии я обернулся. На одном из экранов была видна комната, где держали бойцов нашего экспедиционного корпуса.

«Вот почему я её так и не нашёл».

В помещении вообще не было дверей.

Зато туда входили и оттуда выходили десятки конвейерных линий. Похоже, добраться до комнаты можно было только по ним.

«Теперь хотя бы понятно, как туда попадали».

Скорее всего, нужно было выбрать правильную линию и в точной последовательности пересаживаться с одной на другую.

Прямо мини-игра с головоломкой.

«На десятом этаже в самом конце тоже было что-то похожее».

Даже вспоминать противно.

Участок, который по задумке нужно проходить после нескольких пробных попыток, а цена одной ошибки — в худшем случае смерть всей группы.

На третьем или четвёртом этаже я бы ещё понял. Но ставить такое на десятом — это уже совсем без совести.

— Похоже, они всё-таки вернулись целыми.

— Кто?

— Те, кого увезли раньше меня. Ты говорил, что внизу их, вероятно, превратили в магические камни. Но сейчас они все снова в комнате и выглядят нормально.

— А!

Я присмотрелся к экрану.

И действительно: все бойцы, которых мы считали пропавшими вместе с Амелией, стояли там живые и невредимые.

— Что теперь? — спросила Амелия.

Я ненадолго задумался.

Перед нами целая россыпь кнопок и рычагов.

Если разобраться с управлением, возможно, товарищей удастся освободить прямо отсюда.

— Для начала ничего не трогай.

Мы понятия не имели, за что отвечают эти органы управления. А вдруг одна из кнопок пускает в комнату ядовитый газ и убивает всех внутри?

— По-твоему, я — это ты?

— Я просто предупреждаю. На всякий случай. Давай начнём с тех кнопок, которые дальше всего от их экрана.

— Ты только что велел ничего не нажимать.

— А как мы иначе поймём, что тут к чему? Что-нибудь всё равно придётся проверить.

Мы с Амелией начали методично исследовать диспетчерскую.

Сначала по очереди нажимали кнопки, расположенные дальше всего от экрана с нашими людьми. Так выяснилась первая закономерность.

Кнопки под каждым экраном управляли именно тем участком, который на нём показывался.

После этого действовать стало проще. Мы уже не так боялись пробовать разные комбинации и вскоре разобрались почти со всем пультом.

«Красная кнопка останавливает линию. Зелёная запускает её снова. Если потянуть левый рычаг, движение идёт в обратную сторону...»

Правый рычаг переключал изображение на экране и позволял управлять другим участком. Остальные элементы тоже отвечали каждый за своё.

В конце остались всего три элемента управления — кнопки и рычаги, назначение которых мы так и не выяснили.

«И что они делают?»

Они стояли не под экранами, а отдельно, в самом центре комнаты, поэтому наугад трогать их не хотелось.

Слишком уж подозрительно выглядели.

Если моя догадка верна, эти элементы могли влиять не на отдельный участок, а сразу на всё здание.

— Если хочешь найти ту комнату, быстрее всего будет позволить кому-нибудь превратиться в магический камень, а потом проследить весь путь, — сказала Амелия.

Я невольно хмыкнул.

Тоже мне открытие. Будто я сам этого не понимал.

— Нет. Ни за что. Похоже, смертельного вреда процесс не причиняет, но мы понятия не имеем, какие у него побочные последствия.

— Тогда остаётся ждать, как сейчас.

Вариант, в общем-то, рабочий.

Правда, придётся часами торчать у линии и ждать, пока людей будут привозить по одному. Зато при таком подходе рано или поздно мы вытащим всех.

Если, конечно, система и дальше будет работать так же.

— Есть ещё вариант: найти комнату самим.

— Самим?

— Да.

Когда я в последний раз смотрел на фабрику через экраны, там уже собралось больше двадцати человек.

Если остановить все линии в здании и отправить людей внутрь этих ходов на поиски, возможно, получится намного быстрее.

— К тому же комнату всё равно надо найти. Мы ведь даже не знаем, что там спрятано.

— Верно... Мы сюда всё-таки не только спасать людей пришли, но и исследовать это место.

— Вот именно. А выяснили пока почти ничего.

Выбраться из храма легко.

Достаточно выйти тем же путём, которым вошёл я.

Но зачем мы вообще пришли сюда?

Чтобы наконец выбраться с опостылевшего первого подземного этажа и вернуться в город.

А способ покинуть Радужный Остров мы до сих пор так и не нашли.

— Если ставить вопрос так, я согласна.

Раз мы пришли к одному решению, тянуть было незачем.

Мы с Амелией прошлись по пультам и полностью остановили все конвейерные линии здания.

Потом спустились вниз, присоединились к основным силам, рассказали обо всём, что обнаружили, объяснили план — и сразу начали действовать.

День. Второй. Третий. Четвёртый...

Под руководством Амелии мы постепенно составляли схему линий, переплетённых между собой, как ходы в муравейнике.

— Все возьмите свежую копию карты! Я обновила её по вчерашним данным!

— Эту ветку мы проверили до самого конца, но она лишь выводит обратно сюда. Сегодня возьмём другую.

Все работали сообща, каждый делал свою часть, и отряд шаг за шагом двигался к одной общей цели.

А я в это время наблюдал за ними с верхнего этажа, через экраны диспетчерской.

Во время разведки пришёл доклад: одна из линий снова движется. Я поднялся проверить.

«Странно. Я же её точно выключал».

Найти нужный участок и ещё раз остановить его труда не составило.

Проблема началась после.

Тр-р-р... Тресь...

Я уже собирался спускаться, когда все экраны разом почернели.

А затем...

[Не уделишь мне немного времени?]

Из динамиков донёсся незнакомый голос.

Фраза прозвучала на древнем языке. Незнакомец предлагал поговорить.

Одновременно на центральном экране появился сгусток переливающегося радужного света.

[Не тревожься. Я не намерен причинять тебе вред.]

С каждым словом сияние растягивалось и сжималось в такт голосу, словно резиновый мяч.

Ну да. Ещё скажите, что это искусственный интеллект.

Я пока не понимал, как вообще относиться к существу, которое внезапно вышло со мной на связь через экран.

[Маркс, и тебя давно не видел. Рад, что у тебя всё хорошо.]

Пока я обдумывал ситуацию, незнакомец вдруг поприветствовал кого-то ещё.

— Маркс?

[Погоди... Ты это мне?]

Я вопросительно нахмурился, а Хэмсик осторожно обратился к экрану.

[Ах да. Ты ведь теперь не знаешь ни кто ты, ни почему оказался там. Впрочем, именно этого ты и хотел.]

[Что ты несёшь? Ты меня знаешь?]

[Разумеется.]

После этого короткого ответа Хэмсик так вцепился мне в волосы, что даже больно стало.

Похоже, происходящее выбило из колеи и его.

Значит, пришло время вмешаться другу.

— Вижу, встрече вы рады. Но, может, сначала представишься? Кто ты?

[Директор исследовательского центра. Если тебе требуется обращение, можешь называть меня так.]

— Длинно. Будешь просто Директором.

[Как пожелаешь.]

Я нарочно бросил это небрежно, хотел посмотреть на реакцию.

А реакции почти не было.

Кем бы он ни был, имя его, похоже, действительно ни капли не волновало.

— Хорошо, Директор. Тогда объясняй. Раз сам вышел на связь, у тебя явно есть причина.

Я первым делом спросил не кто он, а чего хочет. С незнакомцами меня всегда интересовало именно это.

Какова его цель?

Но Директор, к сожалению, ответил совсем на другое.

[А Центурион как поживает?]

— ...Центурион?

[Даже запертый здесь, я кое-что способен узнать. Ты ведь недавно встречался с ним.]

Я сразу понял, о ком речь.

О существе, с которым столкнулся в загадочном пространстве после победы над Владыкой Ужаса Дредфиром.

— ...Кто вы такие?

[Несчастные, одновременно благословлённые и проклятые. Маркс, к слову, тоже один из нас.]

— То есть объяснять не собираешься.

[Не спеши. Ты всё равно однажды доберёшься до истины.]

Даже формулировка почти как у Центуриона.

Разница только в одном: тот говорил так, будто не знал, сумею ли я вообще докопаться до правды. Директор же не сомневался ни секунды.

[Впрочем, одну подсказку я дать могу. Тем более Маркс сейчас рядом с тобой.]

— Подсказку?

[Но прежде спрошу. Маркс, хочешь узнать своё прошлое? Сразу предупрежу: память ты потерял по собственной просьбе.]

Я почувствовал, как Хэмсик задрожал.

Ненадолго.

[Хочу.]

После его ответа радужное сияние на экране снова заколыхалось.

[Место, где вы сейчас находитесь, — исследовательский центр «Панделион». В прошлом это был тайный подземный объект Империи.]

Странно.

Он вроде собирался рассказать о Хэмсике, а начал с самого центра.

Я всё же не стал перебивать. Хэмсик и раньше говорил, что уже бывал здесь.

[Империя создала этот центр ради одной цели: получить живое оружие, которое превосходило бы любого солдата и при этом подчинялось безоговорочно.]

[Для этого сюда собрали магов, учёных и алхимиков. Они изучали все доступные знания и ставили бесчисленные опыты, однако долгое время результаты оставались скромными.]

[Всё изменилось после появления Ведьмы. Началась война невиданного прежде масштаба, и Империя оказалась прижата к стене.]

[В «Панделион» отправили лучших специалистов со всей страны и направили ресурсы, несравнимые с прежними. Главное же — стало намного больше подопытных.]

[Монстров, которых раньше по условиям соглашения удавалось получать лишь небольшими партиями, теперь привозили тысячами каждый день. Среди них были и существа, созданные самой Ведьмой. За короткое время исследования центра «Панделион» продвинулись невероятно далеко.]

Сгусток света на экране резко разошёлся в стороны, будто раскрыл глаза.

[Одним из тех подопытных и был ты, Маркс.]

[Я... был подопытным?..]

[Да. Тебя захватили и доставили сюда. Здесь над тобой проводили жестокие эксперименты — пока Ведьма, которая когда-то была у тебя в долгу, не пришла сюда во главе армии.]

[Значит... она меня освободила?]

[Нет. Освободить тебя не успели. Во время нападения ты погиб.]

[Погиб? Тогда какого чёрта я сейчас здесь?]

[Очевидно, твоя смерть очень много значила для Ведьмы. Настолько, что навсегда осталась у неё в памяти.]

[Да я не об этом! Я спрашиваю, какое это имеет отношение ко мне сейчас!]

На крик Хэмсика Директор ответил тем же ровным, почти механическим голосом.

[Умирая на руках у Ведьмы, ты сказал ей: если Земля Рассвета, о которой она рассказывает, действительно существует, ты хотел бы там забыть всё прошлое и спокойно провести жизнь за книгами.]

На этом история Хэмсика закончилась.

Директор продолжил:

[Со мной произошло нечто похожее. Будучи человеком, я совершил немало ошибок... но в конце концов Ведьма дала мне возможность искупить вину.]

Голос оставался таким же сухим.

И всё же...

[Но время меняет всё.]

Если мне не показалось, в этих словах прозвучало что-то новое.

[Ты сам тому пример. В конце концов даже ты не выдержал столь долгого времени и покинул то место.]

[Я вообще-то только потому и ушёл, что этот тип меня заставил...]

Пока Директор окончательно не перехватил разговор, я вмешался.

— Хватит. К чему ты всё это ведёшь?

По моему богатому опыту, люди, которые начинают издалека и часами разводят туман, редко оказываются нормальными.

Тем более что явился к нам именно он.

И вполне возможно, именно он стоял за похищением моих товарищей.

Короче говоря, доверия этот тип не внушал.

[Я хочу предложить тебе сделку.]

— Сделку?.. Ладно. Говори.

[Я помогу тебе покинуть это место.]

Выслушать предложение хотя бы до конца не помешает.