Аудиенция (3)

Я молчал.

— Мы всего лишь поступали так же.

Пожалуй, он был прав хотя бы в одном: я слишком многое принимал как данность.

Этот мир отставал в технологиях, но его жители не были идиотами. С какой стати они должны были без разбора сжигать всех пришельцев из другой реальности, только потому что называли их «злыми духами»?

Это было бы нерационально.

«Значит, их было намного больше, чем я видел».

Я знал сообщество «Охотники за привидениями» — закрытый круг злых духов.

Но его участники составляли лишь малую часть всех тех, кого сюда затянуло.

Достаточно вспомнить первую строку письма-приглашения:

«Это письмо случайным образом отправляется исследователям, предположительно являющимся игроками».

То есть приглашение получали лишь те, кто сумел выжить, закрепиться в новом мире и чем-то выделиться настолько, чтобы попасть в поле зрения сообщества.

Верхушка айсберга.

Сколько современных людей на самом деле оказалось здесь за долгие годы?

Среди них наверняка были инженеры, механики, химики, врачи, специалисты по электричеству и пару, люди с практическими знаниями, которых у местных просто не существовало.

Самим пришельцам, конечно, опасно было открыто строить подобные устройства. Стоило проявить слишком много знаний — и тобой заинтересуются.

Но Королевский Дом находился в совершенно другой позиции.

«Они десятилетиями ловили злых духов...»

У короны были тайная служба, тюрьмы и целые структуры, способные разыскивать таких людей одного за другим.

Сколько знаний можно собрать за десятки лет допросов?

Сколько технологий — проверить, соединить, развить и приспособить к ресурсам этого мира?

Ответ стоял вокруг меня.

Лифт был лишь одной его частью.

Щёлк.

За шёлковыми занавесями король нажал кнопку на каком-то устройстве.

Из угла тронного зала полилась знакомая мелодия.

Аранжировка отличалась от той, что я помнил, но ошибиться было трудно: песня знаменитой британской группы, в которой предлагали оставить всё как есть и позволить событиям идти своим чередом.

Я резко повернул голову.

Музыка шла из настоящего динамика, встроенного в стену.

Король заметил мою реакцию.

— Что с лицом?

Я не ответил.

— Словно магию увидел.

Вот же сука.

Сказать, что меня оглушило, — ничего не сказать.

Ощущение было примерно как от записи, на которой собственными глазами видишь измену человека, в чьей верности никогда не сомневался.

Мир, который десять лет существовал для меня по вполне определённым правилам, внезапно показал изнанку.

«Какого чёрта в фэнтези вообще делает современная техника?»

И ладно бы в каком-нибудь случайном мире.

Это была реальность, построенная на «Подземелье и камень», игре, которую я знал почти наизусть.

— Судя по выражению лица, музыку ты узнал, — продолжил король. — Исполнял и записывал её американец. Поэтому звучит не совсем как оригинал. Но те, кто слышал исходную песню, говорили, что получилось довольно похоже. Другого варианта у нас всё равно не было.

Я помолчал и решил последовать его собственному предложению: без церемоний.

— Что стало с тем американцем?

Притворяться перед ним тупым варваром уже не имело смысла.

Он знал не только то, что я злой дух. Он каким-то образом выяснил даже мою страну происхождения.

— Быстро ты забыл уважительное обращение.

— Не ты ли предложил говорить начистоту?

Король рассмеялся.

— Ха-ха-ха! А ведь правда. Похоже, у тебя и мозги уже стали варварскими.

— Ответь.

— Американец?.. Дай подумать. Что с ним в итоге было?..

Король замялся, и молчаливый рыцарь перед троном ответил вместо него:

— После того как Отдел пространственных технологий сообщил, что у объекта не осталось полезной информации, объект был утилизирован.

— А, точно, — беззаботно отозвался король. — Значит, так и было.

От его тона стало особенно мерзко.

В книгах, комиксах и вообще любых историях про людей, перенесённых в другой мир, современный человек обычно становится центром вселенной. Местные существуют рядом, чтобы удивляться его знаниям, восхищаться им, мешать ему или помогать.

В реальности всё оказалось наоборот.

Главные действующие лица этого мира — они.

А мы для них всего лишь малая часть огромной системы.

Редкое явление. Полезный ресурс. Всего лишь один эпизод среди множества других.

Сегодня я понял это окончательно.

— Значит, злых духов истребляют именно ради этого? — спросил я, стиснув зубы. — Ловите, выжимаете знания, потом убиваете?

Из-за шёлка донёсся короткий смешок.

— Разумеется, нет. То, что злые духи должны исчезнуть из этого мира, остаётся непреложной истиной. Мы лишь извлекаем побочную пользу из неизбежного процесса.

Я промолчал.

— Хотя есть ещё одна причина, — продолжил он. — Кое-кто, привыкший действовать под защитой гораздо более сильного покровителя, очень уж на них озлобился. На сам феномен «злых духов».

Кого он имел в виду?

Я нахмурился.

— О-о. Значит, эту историю ты ещё не слышал?

— Нет.

— Тогда от меня не услышишь. Такие вещи куда интереснее узнавать от того, кого они касаются напрямую.

Ясно. Эту тему он закрывает.

По контексту мне почему-то подумалось о канцлере, но гадать сейчас было бессмысленно.

Я сменил вопрос.

— Когда ты сказал «она», ты говорил о ведьме?

— Верно.

— А что значит «она тебя выбрала»?

— Неверно.

Я нахмурился.

— Что?

— Неправильный ответ, варвар. У меня нет причины объяснять тебе это.

— Ты сам предложил говорить откровенно.

— По-моему, я и так необычайно откровенен. Не забывай: перед тобой всё-таки король целой страны.

С этим типом что-то было сильно не так.

Король Сотворения совсем не походил на человека, которого я представлял по слухам и легендам. Я ожидал холодного, давящего властителя. Получил болтливого мужика, который шутит посреди тронного зала.

Хотя, возможно, это было не легкомыслие.

«Ли Бэкхо тоже любит изображать простака, чтобы люди расслабились».

Как бы он ни говорил, королём он оставался.

Одним жестом этот человек мог обратить в ничто всё, чего я добился.

Но и другое я знал хорошо.

Опасность иногда открывает возможности, которых в спокойное время не бывает.

«Может быть...»

Сегодня я впервые за долгое время оказался рядом с источником, который способен приоткрыть тайны этого мира.

А если его прежние слова правдивы — «тебя выбрала она; если убью тебя, она рассердится» — то хотя бы моя жизнь сейчас не висела на волоске.

Я решил давить чуть смелее.

— Почему все эти годы ты скрывался, ссылаясь на болезнь?

Раз уж шанс появился, нужно задавать вопросы один за другим.

Не ответит — ничего не потеряю. Ответит хоть на один — уже прибыль.

— Скрывался? — удивился король. — Я не скрывался. Просто много сплю, поэтому редко выхожу.

— Спишь?

— Есть причины.

Он произнёс это скорее лениво, чем таинственно. Будто ему просто не хотелось объяснять.

Я и не стал настаивать.

В голове уже зацепилась другая деталь.

В самом начале он назвал меня так:

«Мой слуга, баронет Бьорн Яндель».

Баронет.

Хотя сейчас я барон.

Что, если это не оговорка и не плохая память?

Что, если во время своих долгих «снов» король действительно не получает свежую информацию и потому опирается на сведения многолетней давности?

«Или бодрствовать ему мешает какое-то ограничение».

Пока всего лишь гипотеза.

Но когда речь о таком человеке, даже гипотеза может оказаться ценной.

— Зачем ты позвал меня сюда?

— Странный вопрос. Разве вор, пролезший через чёрный ход, обычно спрашивает хозяина, зачем его позвали?

— Но в тронный зал меня всё-таки привёл ты.

— А. И правда, — легко согласился король. — Мне стало интересно, как вы вообще умудрились выбраться оттуда.

— И только?

— Хотел проверить ещё одну вещь. Но уже проверил.

— Тогда у тебя больше нет ко мне дел?

— Нет, одно осталось.

— Говори.

— Позже. Когда ешь, самое вкусное обычно оставляют напоследок, разве нет?

Вот с этим я не согласен.

Я всегда съедаю лучшее первым. Нет никакой гарантии, что потом оно вообще останется.

Но спорить о еде сейчас было глупо.

— За нынешней войной стоишь ты?

— Нет. Я скорее пострадавшая сторона. Не стану утверждать, что совсем ничего не знал, но организовывал это точно не я. Такой ответ устраивает?

— Тогда кто организатор?

— Это уже связано с тем самым «вкусным». Потом.

До сих пор он отвечал довольно быстро, но теперь резко остановил разговор.

— Вопросов у тебя, однако, слишком много. Последний — и всё. Сразу предупреждаю: если спросишь что-нибудь совсем бессовестное, отвечать не стану.

Последний вопрос.

По его тону было понятно: настоящие государственные тайны он всё равно не выдаст.

Значит, нужно выбрать то, что не переходит очевидную черту и при этом даст максимум пользы.

Я ненадолго задумался.

Ведьма. Война. Скрытые технологии. История злых духов.

Всё это важно.

Но один вопрос мог оказаться полезнее прямо сейчас.

— Почему ты вообще отвечаешь мне?

За шёлковой завесой повисла короткая пауза.

— А, вот ты о чём.

Король ответил так буднично, будто речь шла о погоде.

— Потому что убеждать обычно выгоднее, чем запугивать.

Я молчал.

— Вот и решил сначала попробовать уговорить тебя.

Он явно улыбался.

— Прежде чем сказать: если ты не подчинишься, я утилизирую всех людей, которых ты знаешь.

Ну да.

Если произнести угрозу весёлым голосом, угрозой она быть не перестаёт.