«Охотники за привидениями» (3)

Мы сидели у фонтана и доедали принесённый с собой обед. Картофельное рагу, хлеб и овощной салат с говядиной. Миша устроилась рядом.

— Бьорн, держи. Съешь это.

— Отдаёшь мне мясо?..

— Я пока готовила, и так много съела.

Ну, тогда другое дело. Я тщательно прожевал кусок, который она отдала мне. Как давно я не ел нормальной говядины?

Мясо буквально таяло во рту. Жаль только, насладиться им как следует мешали чужие взгляды.

— Она ведь сейчас назвала его Бьорном?

— Значит, это и есть Малый Балкан.

— Хм. На вид ничего особенного...

В последнее время меня начали узнавать на улице. Не все подряд, конечно, но почти в каждом людном месте находился кто-нибудь. Предлагали вступить в клан. Звали в команды.

С этим я ещё мог смириться. Но...

— Эй, приятель. Ты и правда Малый Балкан?

...некоторые подходили просто докопаться. Или просили рассказать, что там произошло, и не отставали. Человек вообще-то ест. Не видно?

Хотя я как раз доедал последнюю ложку.

— Миша, вставай.

— А?

— Мы закончили. Пора идти.

Я быстро собрал посуду, и мы ушли от фонтана. Сзади кто-то недовольно пробурчал, но преследовать нас никто не стал. Миша оглянулась через плечо.

— Странно всё это. Я думала, люди на улице узнают только по-настоящему великих исследователей...

Это она сейчас меня поддела?

Хотя смысл понятен. Когда человек рядом с тобой внезапно становится известным, к этому непросто привыкнуть. «Малый Балкан...»

В игре от высокого показателя славы была одна сплошная польза. Открывались задания, которых раньше не давали. Мог внезапно свалиться дорогой заказ. А главное, без достаточной славы тебя вообще не пускали в Карнон, королевскую столицу первого района. Для прохождения игры показатель славы был обязательным.

Но... «А здесь ещё вопрос, хорошо ли это». Я больше не в обычной игре.

Здесь игроков считают злыми духами и тащат на гильотину сразу, как только находят. Если имя слишком быстро станет известным, вместе со славой неизбежно придёт и внимание, без которого я прекрасно бы обошёлся. Впрочем...

«Иначе тогда было не выжить». Хочешь что-то получить — чем-то платишь. Я добыл эссенцию орка-героя. Остался жив. Получил ещё кучу преимуществ.

На этом фоне известность — цена, которую придётся принять.

— Похоже, на сегодня всё.

Мы забрали снаряжение из ремонта, купили нужные припасы, а заодно заглянули на аукцион — вдруг выставили что-нибудь стоящее. К тому времени уже начинало темнеть. «Вернусь и закончу план развития».

— Я собираюсь в гостиницу. А ты?

По сути это означало: «Пойдём уже обратно». Но Миша вдруг замялась.

— А... я тут...

Ну и чего она тянет? Ещё тревожиться заставляет. Я молча посмотрел на неё, требуя продолжать. Миша осторожно подбирала слова.

— Я ненадолго съезжу к семье.

— К семье?

— Да. Может, останусь там до завтра. Или до послезавтра.

— Понятно.

И почему об этом надо сообщать с таким видом?

Если у неё дела — значит, дела. Тем более семейные. Я туда вмешиваться не собираюсь. Да, кое-что меня беспокоило. Но Миша уже взрослая, сама разберётся.

— Держись.

Хотя бы поддержать её стоило. Я всё-таки знал, что для неё означает эта семья. Миша слабо усмехнулась.

— Спасибо. Кажется, правда немного легче...

Да?

По голосу не скажешь. Похоже, ей требовался более убедительный толчок. По-варварски.

Бух!

— Ай! Ты совсем дубина, варвар ненормальный?!

Миша взвилась, что-то ещё выкрикнула, но мне уже понравился результат.

— Вот. Теперь лучше.

— У-у... Ладно! В любом случае вернусь не позже чем через два дня. А ты пока нормально ешь, понял?

Я усмехнулся.

— Понял.

Вот ещё одна перемена после нашего возвращения. Она обещала считать меня благодетелем. Может, именно это и имела в виду?

В последнее время ведёт себя как мать.

С Мишей мы расстались у стоянки экипажей. Она поехала к семье, а я сел в карету до восьмого района, где находилась моя гостиница. Карета поскрипывала на ходу, и меня размеренно покачивало.

Делать всё равно было нечего. Я прикрыл глаза и погрузился в мысли под мерное покачивание кареты. «Пока, пожалуй, лучше остаться в этой команде». Эссенция орка-героя одним махом подняла мои возможности на новый уровень.

Сейчас мне достаточно подать заявление — и шестой ранг исследователя почти гарантирован. А с учётом прозвища Малый Балкан, возможно, удастся сразу перескочить и на пятый. Иными словами, если захочу, уже могу искать команду сильнее.

«Но Мишу туда, скорее всего, не возьмут». По боевой силе она сейчас ровно на уровне исследователя седьмого ранга. Ни выше, ни ниже. Потенциал, конечно, есть.

Теперь у неё появился духовный зверь. А преобразующая сверхспособность [Усиление] вообще была главной причиной, по которой я решил растить её как постоянного напарника. Значит... «Первая задача — подтянуть уровень Миши».

Решение окончательно сложилось. Какое-то время выгоднее вкладываться в её рост. «Сначала поднять уровень договора с духовным зверем. По возможности следующую экспедицию тоже надо строить вокруг этого направления — там может выпасть нужная эссенция. И основное оружие ей, пожалуй, стоит сменить...»

Я успел подробно расписать в голове весь путь развития Миши, когда карета остановилась. «Фух. Когда буду менять жильё, надо селиться ближе к стоянке». Вот что значит жить рядом с транспортом.

Разумеется, и цена там будет выше.

Топ.

Я спрыгнул на землю и привычным маршрутом пошёл к гостинице. Прямо до лавки со сладостями, там налево. У статуи Бессмертного Короля — направо.

Ещё минут пять, и выйдешь на центральную площадь...

— Приступить к казни!

Блядь. Несколько дней было тихо — и опять. Обычно пустая площадь сегодня заполнилась людьми. Все вытягивали шеи, глядя на гильотину.

Вжух!

Когда-то от этого зрелища меня бы передёрнуло. Теперь почти не трогало. Но смотреть всё равно не хотелось.

Я пропустил мерзкий звук мимо ушей и прибавил шаг. И всё же мозг успел зацепиться за странность раньше, чем я сознательно решил обратить внимание. «...Почему сегодня так мало?»

Не зрителей. Осуждённых. Обычно казнили сразу десятки. Сегодня их было всего четверо.

«И тех чокнутых, которые обычно ждут впереди, чтобы обмакнуть что-нибудь в кровь, тоже не видно». Как только мысль оформилась, гул толпы перестал быть простым фоном. Я начал различать слова.

— Говорили, злые духи. А выглядят совершенно обычно.

— И правда. Даже кровь красная.

— Не мерзко вам? Злые духи ходят среди нас и притворяются людьми.

Что?

Злые духи?

Ноги остановились сами. Я повернул голову к эшафоту. Оставшиеся смертники дрожали, ожидая своей очереди.

Их было трое.

— Я не... Я не дух! Я правда не дух!

— Что стоите? Снова вставьте кляп.

Молодая фейри. Дворф примерно одного возраста с Хикуродом. И...

— М-мф! М-м-мф!!

...варвар с до боли знакомым лицом.

Вжух!

Голова фейри скатилась прямо в подставленную ёмкость. На колени под лезвием поставили дворфа. А я уже не мог смотреть ни на кого другого.

«Тарикан, сын Риена». Точно. Так его звали. Тот самый варвар теперь трясся от ужаса и смотрел на происходящее огромными глазами.

«Блядь. Я ещё тогда видел, что с ним что-то не так...» Неестественная попытка говорить по-варварски. Трусость.

Слабость человека, которому отчаянно хотелось за кого-нибудь уцепиться. Подозрительных признаков было столько, что я даже не мог предположить, на чём именно он прокололся. И почему-то мне казалось ещё кое-что.

«Оружие на те деньги он так и не купил». Доказательств нет. Перед казнью оружие у него всё равно отобрали бы.

Но я почти был уверен: в этот раз он снова не пошёл в Лабиринт. «Почему я так думаю?» Я как раз пытался понять, откуда взялось это ощущение, когда...

— Ммф! М-мф!!

...Тарикан, до того лишь дрожавший, вдруг начал яростно вырываться. Он отчаянно пытался что-то сказать сквозь кляп. А распахнутые глаза смотрели прямо в мою сторону.

На совпадение уже не похоже.

— Ммф! М-м-м-мф!!

Он меня узнал с такого расстояния?

Впрочем, почему нет. Варвар здесь только один — я. Даже издалека заметно.

— Чего возитесь? На колени его!

Стражники скрутили Тарикана и силой уложили шею под лезвие. Но он всё равно отчаянно пытался что-то донести. Смотрел прямо на меня, затерявшегося среди зрителей.

— Ммф! М-м-мф!!

Я не понимал. Что он пытается прокричать сквозь кляп?

Просит спасти?

Нет. Для просьбы взгляд слишком злой.

— М-мф!!

От мысли, что ему не дали сказать даже последнее слово, стало не по себе. И одновременно пришло облегчение. «Хорошо, что тогда я сразу от него отрезался».

Если бы я не ограничился ста пятьюдесятью тысячами стоунов. Если бы решил признаться, что мы в одинаковом положении, и предложил держаться вместе...

— Бьорн, сын Ян...!!

...возможно, сейчас стоял бы рядом с ним.

Вжух!

В последний миг кляп сорвался, и Тарикан успел выкрикнуть начало фразы. Холодное лезвие оборвало голос раньше, чем он договорил. Я сразу отвернулся и пошёл дальше.

В голове отпечатался один вывод. «Больше никаких таких жестов». Надо быть ещё осторожнее.

В этом ебаном мире мне угрожают не только грабители и исследователи. Да и кто я такой, чтобы жалеть других?

Хватит лезть не в своё дело. С этого момента — только холодная голова и максимальная осторожность...

— Бьорн, сын Янделя. Верно?

Кто-то окликнул меня сзади. Я обернулся. Передо мной стоял аккуратно одетый мужчина.

— Не приставай. Иди своей дорогой.

В последнее время незнакомцы цеплялись ко мне постоянно, поэтому я просто отмахнулся и продолжил идти. Но...

— Не надо так настораживаться. Мы с вами в похожем положении.

Интонация была слишком странной. Я невольно остановился и снова повернулся к нему.

— США? Тайвань? Европа? Вы откуда сюда попали?

Что за хуйня?..

С тех пор как я стал известен, я допускал и такой вариант. Кто-нибудь мог однажды подойти ко мне с такими словами. Но...

«Не думал, что настолько быстро». Голова мгновенно остыла. Что делать, я решил заранее.

Настоящий он игрок или только притворяется — неважно. «Для меня ничего не меняется. Действуй по плану». О существовании других злых духов я знал с первого дня в этом теле.

И уже однажды задавал себе вопрос. «Есть ли смысл рисковать и выходить с ними на связь?» Ответ тогда был однозначным.

Нет. Не стоит. Что даст встреча с другим игроком?

Обмен информацией?

Частично, возможно. Но в основном — лишь успокоение от мысли, что в этом чужом мире ты не один. Рисковать жизнью ради душевного комфорта — идиотизм.

Значит... «Кем бы он ни был, раскрывать карты незачем». Есть такое слово — «покерфейс».

В психологических играх так называют бесстрастное лицо, по которому невозможно прочитать эмоции. И не случайно: именно лицо чаще всего выдаёт чувства человека. Однако сейчас мне требовалась не бесстрастная маска.

Мужчина закончил вопрос, и я сразу ответил:

— Чего ты несёшь?

Само по себе это ещё ничего не гарантировало. Одновременно я прикинул: «Что сказала бы Айнар Пнеллин, услышав такую фразу?»

Мы провели вместе достаточно времени. Ответ нашёлся сразу.

— Не говори загадками. Скажи нормально.

Вот оно. Варвар многого не знает. И совершенно этого не стесняется.

А если перед ним к тому же незнакомый человек... Варвар держался бы настороженно и немного агрессивно. Поэтому...

Топ.

Я сделал шаг к мужчине и посмотрел на него так, чтобы стало ясно: ещё одно неудачное слово — и я проломлю ему череп. Для убедительности шумно выдохнул через нос. Но он не испугался. Только с непонятным восхищением протянул:

— Ого, чуть не поверил. Отлично притворяетесь. А ведь вы здесь всего три месяца, да?

— Притворяюсь? Я сказал, не умничай.

— Да не надо меня бояться. Я из США. Лучше бы вообще не прикасался к той проклятой игре...

В голосе слышались и горечь, и сожаление. А дальше он упомянул вещи, которых, по идее, не мог знать никто, кроме игрока. После этого у меня почти не осталось сомнений.

— В любом случае вы впечатляете. Прозвище всего за три месяца. У меня ушло больше трёх лет. Не повезло родиться человеком...

Этот ублюдок — не игрок.