Расставить всё по местам (5)

К моему удивлению, очкарику понадобилось совсем немного времени, чтобы принять новую реальность.

Он деревянно отступил на шаг и уставился мне прямо в глаза.

— Барон Яндель... вы совершаете очень большую ошибку.

Предупреждение прозвучало совершенно искренне.

Я же первым делом подумал о другом.

Сколько человек уже говорили мне примерно то же самое?

— Вы хоть представляете, сколько бойцов стоит вокруг этого здания? Живым вам отсюда не выбраться. Вы один, возможно, и сумеете. Но ваши товарищи — никогда.

— О. Вот как.

Я понимающе кивнул, а затем мгновенно выбросил руку и сомкнул пальцы у него на шее.

Подтянул поближе.

— А у тебя самого жизней сколько?

Этот вопрос меня, если честно, занимал уже некоторое время.

Неужели ему совсем себя не жалко?

Если он действительно считает моих товарищей моей слабостью, то должен понимать: тыкать в это место следует очень осторожно.

— Ну?

Чего молчит, когда его спрашивают?

— Кх... к-кх!...

А.

Я же горло ему сдавил.

Чуть ослабил хватку — ровно настолько, чтобы он смог говорить.

Очкарик закашлялся и выдавил:

— З-зачем вы это делаете?!

— В смысле?

— Мы договорились, что каждый получит желаемое!

А. Он об этом.

Вообще-то да.

— С тех пор обстоятельства изменились.

— Что?..

— И да, обещание нарушил я. Извини! Искренне прошу прощения.

Раз уж виноват, почему бы не извиниться по-честному?

Но очкарик моей чистоты намерений почему-то не оценил.

— Прощения?! Думаете, одного «простите» достаточно?!

Я невольно склонил голову набок.

— А если после извинения ничего не заканчивается, зачем тогда вообще извиняться?

Он растерянно моргнул.

— Я сделал неправильно. Я признал это и попросил прощения. Всё. Разве нет?

— Это... это же какой-то нелепый софизм!

Вот как заговорил.

Я, как великодушный варвар, оскорбление проглотил. Но полезный совет всё-таки дал:

— Не пользуйся такими сложными словами. Сразу слабаком кажешься.

Очкарик замолчал.

— В общем, я извинился.

Казалось, вопрос закрыт.

Но он вдруг нашёл новый довод.

— Если извинением можно всё исправить, зачем тогда существуют законы и тюрьмы?!

О.

Неплохо.

Только собеседника он выбрал не того.

— Поэтому варвары и не любят ни законы, ни тюрьмы.

Сказать ему было нечего.

— Всё. Тема закрыта.

Я принудительно завершил этот бессмысленный спор.

В конце концов, разговор о будущем и взаимном согласии куда полезнее, чем бесконечное выяснение, кто перед кем виноват.

Так что пора перейти к конструктиву.

— Отзови всех бойцов вокруг здания.

— ...Вы в своём уме? Вы только что в одностороннем порядке нарушили договор. С какой стати мы должны исполнять ваши требования...

— Не отзовёшь — ударю Громом по управлению четвёртого района.

Вот она, миротворческая решимость корейского варвара.

Лицо очкарика мгновенно побелело.

И понятно почему: именно в управлении четвёртого района сейчас находился правитель Ноарка.

«Хорошо. Значит, он ещё там».

С тех пор как сын канцлера сообщил мне это место, прошло несколько дней, и я слегка опасался, что цель успеет перебраться куда-нибудь ещё.

Но по выражению очкарика стало ясно: запасной вариант не понадобится.

— Решай сам.

— П-погодите. Мне нужно посоветоваться...

— Нет.

Я отсёк попытку сразу.

Очкарик стиснул зубы.

— Как вы можете требовать, чтобы я один принимал решение такого масштаба?

— Ты ведь много лет работаешь рядом с правителем. Наверняка представляешь, что он приказал бы в такой ситуации.

Молчание.

— Вот и решай за него.

Я прекрасно понимал, отчего у него голова идёт кругом.

С одной стороны, нас полагалось наказать за нарушение договора.

С другой — при попытке наказать нас его хозяин мог просто сдохнуть.

Но я особенно не волновался.

Очкарик уже успел доказать преданность, когда ради правителя Ноарка заговорил передо мной о товарищах. Теперь у него появился прекрасный повод отступить, прикрывшись заботой о господине.

А заодно сохранить и собственную шею.

«Странно будет, если он не выберет именно это».

Когда судьба сама открывает человеку удобную дверь, совсем не смотреть в ту сторону трудно.

Я слегка поторопил его:

— Давай решай. Я нарушил одно обещание, даже извинился. Можем теперь обязательно лезть в кровь, а можем спокойно разойтись и забыть друг о друге.

Он по-прежнему молчал.

— Не знаю, поверишь ли, но по вам Громом я стрелять не собираюсь.

Очкарик дёрнул головой.

— Не по нам?.. Барон, неужели вы...

— Тс-с. Не продолжай. Ответ какой?

Даже теперь он долго колебался.

Но в конце концов всё-таки выдавил:

— ...Отказываюсь.

Что?

Он поднял взгляд.

— Не держите нас за идиотов, барон Яндель.

Я не успел и рта открыть.

По всему зданию разом загрохотали тревожные колокола.

Бом-м! Бом-м! Бом-м!

Похоже, очкарик успел нажать какой-то скрытый рычаг или кнопку.

— Вот так поступаем мы, — сказал он.

Я молчал.

— Если всё равно отнимут всё до последнего, лучше самим разбить это вдребезги.

Похоже, я и правда недооценил образ мышления Ноарка.

А ведь очкарик казался неглупым. Я до последнего ожидал, что он выберет рациональный путь.

— Надо же. А в тебе, оказывается, есть яйца.

Внутренне я даже проникся уважением.

Руки, правда, от работы это не освободило.

— Ещё раз говорю: не считайте нас идио...

— Всё, заебал. Умирай.

Хруст!

Молот мгновенно превратил его голову в месиво.

Я развернулся, собираясь идти к товарищам.

Вернее, собирался — и тут понял одну проблему.

«А где они вообще?»

Сирена гремела со всех сторон, одинаковых дверей вокруг полно, а я понятия не имел, в какой комнате ждать остальных.

Думал недолго.

— Яндель!...

В конце коридора с грохотом распахнулась дверь. Амелия вывела наружу всю группу.

Очевидно, услышав тревогу, они не стали сидеть внутри.

— Что происходит? — спросила она.

Я тяжело вздохнул.

Неужели в моей судьбе вообще не предусмотрен режим «без лишних проблем»?

— Всё немного пошло по пизде.

Значит, переходим к плану Б.

План А был предельно мирным.

Угрожаем правителю Ноарка Громом, спокойно выходим из окружения и разъезжаемся каждый по своим делам.

Никакого насилия. Красота.

Но люди Ноарка со своим поганым характером всё испортили.

«Вот поэтому с бандитами и нельзя нормально работать».

Ладно.

План Б ещё проще.

Его можно объяснить двумя словами.

Стреляем Громом.

«Только как его вообще использовать?.. А, если просто...»

Ничего себе.

Стоило мне твёрдо захотеть выстрелить, как меня словно выдернуло из собственного тела. Взгляд понёсся вверх, насквозь проходя через потолки, стены и любые преграды.

Всё выше и выше.

У-у-у-ум!

Когда мир снова обрёл ясность, я смотрел на город с огромной высоты.

Внизу лежал весь город — зрелище, которое не открывалось даже с вершины исполинской стены.

На секунду хотелось просто зависнуть и глазеть.

Но времени не было.

Я опустил взгляд и отыскал здание, в котором находилось моё тело.

Пространство вокруг него кишело солдатами Ноарка. Слово «толпа» тут даже слабовато: людей было столько, что их масса оставалась отчётливо видна с такой высоты.

«Если долбануть прямо по зданию, даже мне может не понравиться...»

Значит, цель нужно сдвинуть подальше.

Я выбрал точку на некотором расстоянии.

«Стреляю. Просто подумать?»

В тот же миг из меня словно вырвали целый ком неизвестной силы.

А следом...

Фь-ю-ю-ю-ух!

Из района здания в небо взмыло нечто огромное, будто запущенная ракета.

Я успел увидеть это всего мгновение.

И снова оказался в собственном теле, словно очнулся после сна длиной в одну секунду.

— Что это было?! Что ты только что сделал?! — крикнул кто-то.

— Э-э...

Голова на миг поплыла.

Я заставил себя быстро прийти в норму и оценить обстановку.

Айнар уже восторженно орала:

— О-о-о! Над головой Бьорна только что взлетело что-то огромное!

Значит, действительно выстрелил.

После вида сверху происходящее внизу ощущалось почти нереальным.

Но времени разбираться не осталось.

Сейчас Гром вернётся.

— Там! Они там!

Как раз вовремя на лестнице появились солдаты Ноарка. Услышали тревогу и примчались сюда.

Я быстро оценил их снаряжение.

«Ни хрена себе экипировка».

Теперь понятно, почему очкарик был так уверен, что хотя бы товарищей я отсюда не выведу.

Впрочем, уже неважно.

Я поднял молот.

— Все цепляйтесь за меня! Эмили, Рагна на тебе! Айнар, держи Харин!

Товарищи поспешно ухватились за моё тело.

Я активировал [Гигантизацию].

Гро-о-ом!

Увеличившимся молотом я пробил пол.

— А-а-а-а-а!

Камень и металлическая арматура разлетелись без особого сопротивления. Мы рухнули этажом ниже.

«Теперь третий?»

Останавливаться я не собирался.

В памяти всплыла старая двухмерная игра, где нужно было без конца прокапываться вниз.

Вот и я принялся работать молотом как киркой.

Сверху вниз.

— Да что происходит?! Объясните хоть что-нибудь!...

Бабах!

Второй этаж.

— Что вы дела... А-а-ай!

Гро-о-ом!

Первый.

Потолки здесь были особенно высокими, но мы всё равно добрались до низа.

И продолжили копать.

У такого здания просто обязан быть подвал.

— О-о-о! Под землёй! Мы уже под землёй!

Бабах!

— Да скажите же наконец!...

Грохот!

Мы проломили первый подземный этаж и спустились на второй.

Я ещё раз со всей силы ударил вниз.

На этот раз перекрытие не рухнуло. В земле лишь появилась глубокая вмятина.

Значит, дальше уже грунт.

Отлично.

Я продолжил молотить, расширяя яму.

«Хватит. Все наши поместятся».

Как только места стало достаточно, я по одному отправил вниз товарищей, которые всё ещё держались за меня.

А потом лёг сверху.

Тяжёлый шлепок.

Я, всё ещё в [Гигантизации], накрыл яму собственным огромным телом. Получился импровизированный бункер.

— Успели.

Из ямы подо мной донёсся резкий голос Хёнбёль:

— Да что вообще происходит?! Можно теперь наконец объяснить?!

Ответ у меня был только один.

— Держитесь покрепче.

Похоже, сейчас рванёт.

Сначала пришёл звук.

Такой мощный, что земля, ещё секунду назад твёрдая как камень, пошла ходуном, будто желе.

Если так трясло основание, наверху тем более ничего целого остаться не могло.

Грохот! Бабах! Бум-м!

Сверху посыпались обломки здания, один за другим врезаясь мне в спину.

Это я ещё выдерживал без особых проблем.

А потом стало хуже.

Вспышка!

Даже сквозь груду камней я почувствовал ослепительный свет.

Следом тело будто сунули в печь. Боль прокатилась по коже так, словно я целиком загорелся.

Жар был настолько сильным, что я всерьёз испугался за тех, кто лежал подо мной.

К счастью, длилось это недолго.

«И это мы на втором подземном этаже...»

Если бы я выбрал точку попадания чуть ближе, могло закончиться совсем хуёво.

«Так. Сначала проверить остальных».

Воздух вокруг был раскалён, как в парилке, но уже не до опасной степени.

Я собрался и крикнул вниз:

— Все живы?

Амелия ответила первой:

— Это мы должны спрашивать. Ты сам... ты в порядке?

— Кажется, несколько позвонков сломал. Ничего страшного, заживёт быстро. Так что с вами?

— Мы целы. У Харин Суэви оказался очень хороший защитный свиток.

Хёнбёль тут же вклинилась:

— Да что это сейчас было?!

Ну сколько можно.

Какая ей теперь разница?

— Ничего особенного. Помолчи, мне надо подумать.

Она ещё что-то недовольно забормотала, но я перестал слушать.

Нужно было решить, как выбираться.

«С воздухом справимся. Можно по очереди пользоваться свитками для подводного дыхания и магическими устройствами...»

Путь наружу займёт время, но если разбирать завал постепенно, рано или поздно выберемся.

Потом — через весь город прямиком в Карнон.

Доберусь до Астаротта, покажу ему труп маркиза — и задание наконец будет закрыто.

«Почти всё...»

Интуиция подсказывала, что эта история наконец подходит к концу.

И всё же от дурного предчувствия не удавалось избавиться.

Тук!

Сердце тяжело ударило в груди.

Только бы больше ничего не случилось.