Расставить всё по местам (7)

— Проще будет показать, чем объяснять.

Астаротта небрежно сунул мне увесистую пачку бумаг.

Листов было много, но тут ничего удивительного: во время удара Грома рядом со мной находилась почти тысяча человек.

«Удобно сделали...»

Сразу чувствовалась рука королевской разведки. Один и тот же аккуратный шаблон, никаких лишних слов — всё понятно с первого взгляда.

№ 1. Келдюн Нильтеон.

Статус: погиб.

Примечание: тело не обнаружено; имеются показания очевидцев с высокой степенью достоверности.

Имя. Жив или мёртв. Короткая справка.

Причём слово «погиб» в соответствующей графе печатали красным. Взгляд цеплялся за него сразу.

Удобно.

Только легче от этого не становилось.

№ 17. Энтони Болтон.

Статус: погиб.

Примечание: тело передано в морг № 7. Личные вещи хранятся у члена клана, который выбрался из района вместе с ним.

Так... Кажется, этот парень был из одного из небольших кланов, которые вышли вместе с нами из священной земли.

№ 19. Гельта Панун.

Статус: погиб.

Примечание: тело не обнаружено; имеются показания очевидцев с высокой степенью достоверности.

Особенно тяжело было натыкаться на знакомые имена — на людей, которых я хотя бы несколько раз видел вживую. От каждого такого имени сердце сжималось.

Я стиснул пачку сильнее.

Да, все эти люди шли под моим началом. И всё же, если рассуждать холодно, Камень Записи вряд ли называл их тем словом, которое меня сейчас волновало.

«Товарищи».

Поэтому я продолжил читать.

Через несколько страниц попалась другая отметка.

— Здесь написано «пропал без вести». Это что значит?

— Ровно то, что написано.

— Ты только что сказал, что уже выяснил судьбу каждого.

Астаротта пожал плечами.

— Разведка до сих пор не нашла ни самого человека, ни подтверждения его смерти. Практически наверняка он погиб. Просто без тела или надёжного свидетеля в документе ставят отметку «пропал без вести».

Я промолчал.

— И потом, — продолжил он, — ты ведь ищешь здесь совсем другие имена.

С этим спорить было бессмысленно.

Я опустил глаза к бумагам и пошёл дальше. Вскоре попалось первое из тех имён, ради которых всё это и затевалось.

№ 119. Свен Парав.

Статус: жив.

Примечание: зачислен в 7-й легион, гарнизон 4-й стены; проходит обязательную службу.

Фух...

Жив.

После общей свалки он пропал, и я всерьёз переживал. Хотя с его бешеным чутьём погибнуть на войне было бы даже странно.

Меня зацепила другая строка.

— Гарнизон четвёртой стены. Это ты устроил?

Эта стена примыкала к Древу Гномов. Формально Свен проходил службу, а фактически почти всё время оставался в резерве. Безопаснее места сейчас было не найти.

— Разумеется, — ответил Астаротта. — Ты хоть представляешь, сколько людей пытаются туда попасть? Я отправил туда и остальных. Пусть сидят вместе.

— Понял. Спасибо.

Я сказал это без подколки. Астаротта вдруг странно посмотрел на меня.

«Так...»

Он что, смутился?

От одной мысли стало неловко уже мне.

— Кто бы мог подумать, а ты, оказывается, заботливый, — поддел я его.

Астаротта раздражённо цокнул языком. Неловкость сразу прошла, и я снова занялся списком.

№ 170. Меланд Кайслан.

Статус: жив.

№ 242. Лирис Мароне.

Статус: жива.

№ 310. Айнар Пнеллин.

В бумагах она всё ещё числилась пропавшей: мы прибыли в столицу совсем недавно, сведения просто не успели обновить. Значит, тех, кто выбрался вместе со мной, можно сразу пропускать.

№ 381. Версил Гоуленд.

Статус: жива.

№ 404. Джеймс Калла.

В бою ему оторвало руку. Помощь пришла слишком поздно — восстановить её уже было невозможно.

Но главное слово было другим.

Статус: жив.

Я стиснул зубы.

Потому что оставались двое.

Эрвен и Миша.

Те, кто был рядом ещё в самом начале — когда я был просто варваром без гроша и без связей.

Я листал всё быстрее. Пальцы начали дрожать.

Как ни пытался дышать ровно, сердце всё равно колотилось как бешеное.

И вот наконец:

№ 606. Миша Карлштайн.

На долю секунды я перестал дышать.

Статус: жива.

Чёрные буквы. Не красные.

Я медленно выдохнул.

Жива.

Облегчение длилось несколько секунд. Я уже торопливо переворачивал лист за листом, выхватывая глазами имена.

Последнее нашлось ближе к концу.

№ 777. Эрвен Форначчи ди Терсия.

Статус: жива.

Примечание: зачислена в 7-й легион, гарнизон 4-й стены; проходит обязательную службу.

После этой строки у меня сначала ослабли пальцы, а потом будто всё тело.

Жива.

Все живы.

Ни одного из них я не потерял.

Меня захлестнула самая настоящая радость.

И всё же я не улыбнулся.

— Что с лицом? — спросил Астаротта. — Ты ведь только что убедился, что они все выжили.

«Вот именно».

«Почему... все?»

Может, запись ошибочна? Или я неправильно понял её смысл?

Ответа не было. Вместо облегчения внутри постепенно рос страх — сначала смутный, потом всё более определённый. По опыту я уже понимал, чего именно боюсь.

«Неужели ещё не закончилось?..»

Эта мысль только успела оформиться, когда в дверь постучали.

Тук-тук-тук.

В комнату вошёл тот самый рыцарь королевской гвардии, который привёл меня сюда.

Ни доказательств, ни каких-либо оснований для тревоги у меня не было.

Но иногда тело понимает раньше головы. Я увидел его лицо — и сразу почувствовал, как внутри всё леденеет.

Предчувствие, к сожалению, опять не подвело.

— Что случилось? — спросил Астаротта.

— В гарнизоне четвёртой стены произошёл инцидент.

— Какой?

Страж замялся.

— Говори, — приказал Астаротта. — Присутствие барона Янделя не помеха.

До сих пор этот рыцарь держался сухо и невозмутимо. Теперь же он ещё раз посмотрел на меня и только после этого произнёс:

— Двое членов клана «Анабада» погибли.

«...Сука».

Следующее, что я отчётливо помнил, — я уже нёсся по главной улице Карнона.

В городе использовать сверхспособности строго запрещалось, а в столице за этим следили особенно жёстко.

Мне было плевать.

БУМ! БУМ! БУМ!

Я нёсся изо всех сил, пока впереди наконец не выросла западная стена Карнона, примыкающая к территории Ноарка.

Навстречу вышел рыцарь, явно отвечавший за этот участок.

— Мне сообщили, что вы прибудете. Прошу сюда.

Похоже, когда я сорвался с места, Астаротта успел предупредить гарнизон.

Впрочем, неважно.

Рыцарь пошёл впереди.

Слишком медленно.

— Беги.

— Что?.. Простите?

— Я сказал: не пешком. Бегом.

До него дошло. Он ускорился, и дальше мы уже не теряли время.

У одного из армейских шатров стояли мои люди.

— Яндель?.. — первым заметил меня Меланд Кайслан.

— Б-Бьорн?! — Миша уставилась так, будто увидела призрака.

— Дядька!... — выдохнула Эрвен.

Там же были Свен Парав и остальные.

Обычно они бросились бы ко мне сразу. Сейчас никто не двинулся.

Губы у всех были плотно сжаты. Никто не знал, куда смотреть. Явно хотели что-то сказать — и не могли.

— Дайте пройти.

Я старался говорить ровно.

Они молча расступились.

— Б-барон! Внутри ещё идёт осмотр места происшествия, вам нельзя...

«Какого хуя он вообще несёт?»

Я одной рукой отодвинул вставшего на пути рыцаря и вошёл.

Внутри царила суматоха: следователи осматривали место преступления. У самого входа стояли две переносные койки. На каждой лежал человек, полностью накрытый белой тканью.

— Это барон Яндель, — сказал вошедший следом рыцарь. — Господа, прервите работу и выйдите ненадолго.

Следователи, до этого молча смотревшие на меня, начали один за другим покидать шатёр.

Я подошёл к первой койке и одним движением стянул ткань до груди. Этого хватило.

Одна рука была оторвана у самого плеча; культя успела зажить. Голова была отделена от тела и просто уложена у шеи.

Будто кто-то разложил детали фигурки перед сборкой.

— Джеймс Калла...

Мы познакомились во время похода на Айсрок, а позже он вступил в наш клан. Джеймс пробыл с нами меньше, чем старые товарищи, но за хороший характер его быстро полюбили все.

Я тоже.

Я снова накрыл тело и перешёл к соседней койке.

Я медленно откинул ткань. Сначала показалось лицо — бледное, безжизненное, но совершенно узнаваемое.

— Версил Гоуленд...

Впервые мы встретились за Круглым столом, оба в масках. Потом обстоятельства снова и снова сводили нас, пока в конце концов она не оказалась в нашем клане.

Мы оба были с Земли. А ещё у Версил была редкая деловая хватка. В делах клана я полагался на неё почти так же сильно, как на Амелию. Поэтому перед уходом и оставил её заместителем.

Я долго смотрел на лицо, потом вернул ткань на место.

Рыцарь, всё это время стоявший в стороне, видимо, решил, что теперь можно говорить.

— По предварительной версии, это дело рук профессионального убийцы. Джеймс Калла лежал в постели. Кроме следов крови и раны на шее серьёзных повреждений не обнаружено, поэтому считается, что его убили во сне.

Убийца.

У меня в голове не укладывалось само это слово. Даже смеяться не хотелось.

«Блядь, вы серьёзно?»

Я был готов к тому, что кто-то погибнет в бою. Всё-таки шла война, и смерть могла прийти в любую минуту.

Но вот так?

Такой ёбаный конец мне даже в голову не приходил.

— А Версил Гоуленд?

— Осмотр ещё не завершён, мнения расходятся. Сейчас наиболее вероятной считают версию о том, что целью был господин Калла, а госпожа Гоуленд случайно застала убийцу и оказалась втянута в бой.

— «Оказалась втянута»?

— Да. Во-первых, шатёр принадлежал господину Калла. Во-вторых, тело госпожи Гоуленд нашли у входа. И наконец, на её теле и внутри шатра есть следы борьбы.

— Что ещё мне нужно знать?

— Пока расследование не окончено, поэтому...

— Мне не нужна стопроцентная уверенность. Расскажи всё, что уже нашли. Если понадобится — верни следователей, которых только что выгнали.

По тону он понял, что спорить бесполезно, и больше не возражал.

Дальше я долго стоял в шатре и слушал доклад: какие предметы нашли на месте, что удалось понять об орудии убийства и какие выводы следователи уже успели сделать.

Когда новых фактов почти не осталось, я оборвал доклад.

— Хватит. Возвращайтесь к работе.

Я вышел и направился к стене.

Товарищи окликали меня, спрашивали, куда я иду. Я ответил, что хочу осмотреть окрестности.

На самом деле мне просто нужно было остаться одному.

Я долго бродил вдоль стены, потом нашёл подходящую крышу, поднялся и лёг навзничь, раскинув руки и ноги.

Я ничего не делал, а время всё равно шло.

Небо несколько раз меняло цвет. Сначала было грязно-серым, потом, когда разошлись облака, ненадолго стало синим, а к закату сначала пожелтело, потом покраснело.

Я просто лежал.

Когда окончательно стемнело, откуда-то сзади донёсся знакомый дружелюбный голос.

— Брат, ты ел?

Угадывать не пришлось.

Я сел и, не отвечая на приветствие, холодно посмотрел на него.

— Что такое? Даже не удивился?

Потому что ждал.

Почему-то я и думал, что он придёт, если просто останусь здесь. Особенно зная его характер.

Мы молча смотрели друг на друга.

Ли Бэкхо.

Я давно не мог решить, что с ним делать. Да, опасен. Но при этом полезен настолько, что просто отмахнуться от него не получалось.

Благодаря ему я приблизился к некоторым тайнам этого мира. Да и за Круглый стол я, если подумать, попал благодаря ему.

Поэтому я и держался простого принципа: брать из этих отношений то, что мне полезно, а остальное отбрасывать.

Я считал: раз ему от меня что-то нужно, черту он не перейдёт. Пока он не трогает меня, я не трогаю его.

Удобное равновесие.

«И, похоже, именно здесь я проебался».

Молчание затянулось.

Я первым его оборвал.

— Зачем ты их убил?

Уточнять, о ком идёт речь, не требовалось.

Ли Бэкхо на секунду задумался, а потом широко улыбнулся.

Этой улыбки хватило, чтобы всё встало на место.

— А-а... Всё-таки догадался?

Теперь я точно знал, кто он для меня.

Враг.

Причём тот, кого нужно убрать в первую очередь.