Красный океан (5)

Когда-то постоянно говорили о «десятке крупнейших кланов», «пятёрке», «четвёрке». Самые известные объединения было принято собирать в такие условные группы. Теперь эта привычка почти исчезла.

Несколько лет страну трясло, одни кланы пропадали, другие сливались между собой, старые рейтинги теряли смысл быстрее, чем их успевали обновлять.

Но именно в это беспокойное время нашлись те, кто резко пошёл вверх.

Клан «Золотое Древо».

Ещё несколько лет назад за его пределами знали в основном одного главу. Во время войны тот, однако, проявил большую хватку: поглощал ослабевшие кланы, присоединял чужие отряды и постепенно превратил «Золотое Древо» в одну из заметнейших сил города.

Рейвен оценивала их так:

— «Золотое Древо»? Слышала, на войне они отличились не раз. Правда, на мой взгляд, выбирали в основном те участки, где риск был поменьше. Но состав у них действительно сильный. Если сравнивать со старыми временами, в нижнюю часть той самой десятки они бы, пожалуй, вошли.

— Аднерс, а ты что скажешь?

— Репутация у них неоднозначная, но силу отрицать глупо. К тому же у главы прекрасные связи среди знати, чиновников и торговцев. Говорят, он близок с графом Альминусом, а с руководителем Третьего округа нашей Гильдии у него и вовсе отношения почти партнёрские.

— Вот как...

По сведениям Илии, в нынешнюю экспедицию «Золотое Древо» отправило девяносто человек. Среди всех кланов это четвёртый результат по численности.

Значит, и Королевский Дом, и Гильдия выделили им немалую квоту. Иначе столько мест им бы просто не дали.

— Ты сказал, репутация неоднозначная. Что именно про них говорят?

— Время от времени поговаривают, что внутри клана не всё гладко. Якобы рядовых членов гоняют до полного изнеможения. Но ни одного открытого разоблачения от бывших или действующих бойцов не было. Видимо, следят за тем, чтобы сор из избы не выносили.

— Гоняют до изнеможения...

Не поэтому ли дядя Медведь так мрачнел, когда в прошлый раз заходила речь о его клане?

— Впрочем, хороших отзывов куда больше, — продолжил Илия. — Платят исправно. Эссенции часто не продают, а отдают своим, чтобы те росли в ранге. В развитие людей вкладываются щедро.

Тоже похоже на правду.

При нашей прошлой встрече у Абмана было несколько новых эссенций. Судя по всему, благодаря им он и добрался до третьего ранга.

— А Абман... с ним там точно всё нормально?.. — тихо спросила Миша.

Айнар Пнеллин услышала то же самое, но отреагировала совсем иначе.

— Скорее идём! Встретить здесь дядю Медведя — это знак удачи!

Мне встреча удачным знаком почему-то не казалась.

— Так что будем делать, Яндель? — спросила Амелия.

— Что тут решать? Идём на остров.

— Понятно.

После моего ответа у неё появилось странное выражение. Будто хотела что-то сказать, но решила придержать язык.

— Не тяни. Что тебя беспокоит?

— ...Если встретим Золотое Ухо, не относись к нему слишком легкомысленно.

Я даже повернул голову.

Она знает, что я и без того осторожен. Если уж Амелия решила отдельно предупредить, значит, причина есть.

— Ты что-то о нём знаешь?

Лично с ним Амелия не встречалась. Она пересказала только слухи и несколько эпизодов из прошлого Билла Айронреда, но легче от этого не стало.

«Что же он за человек, если даже она так говорит?»

Ладно. Скоро увижу сам.

Великий мореход Пикма.

Потомки спорят о нём до сих пор. Одни называют его величайшим исследователем Великого моря. Другие замечают, что Пикма всего лишь первым обошёл все острова и составил полную карту, а большая часть приписываемых ему открытий — позднейшая легенда.

В последнем есть доля истины.

Пикма действительно не успел раскрыть все секреты каждого острова.

Но я не считал это поводом принижать его заслуги.

«Да как вообще можно исследовать их все?»

Лабиринт открывается раз в месяц и через ограниченное время закрывается. Жизнь даётся одна. И она не бесконечна.

При таких условиях физически невозможно раскрыть все тайны каждого острова. Разве что у тебя есть компьютер и ты можешь одновременно запускать десятки копий игры.

«Зато про Остров Черепа он, похоже, знал достаточно».

Катакома, он же Остров Черепа, лежит в Грандроке — так называют дальневосточную область Великого моря. Пикма оставил об этом месте короткую фразу:

«Или лёгкий, или сложнее любого другого острова».

Точнее не скажешь.

Если смотреть только на поверхность, Катакома почти безобидна. Но стоит копнуть глубже — и всё меняется. Именно эта запись Пикмы когда-то заставила исследователей искать на острове то, чего не видно снаружи.

«Хотя до того секрета, похоже, до сих пор добрались не все».

Даже женщина, купившая у меня сведения об Острове Черепа в «Охотниках за привидениями», знала только про главного босса —

— Что это за дохлятина?!

Возмущённый рёв Айнар выдернул меня из мыслей.

Похоже, местные монстры её окончательно разочаровали.

Что, в общем-то, неудивительно: средний ранг тварей на Острове Черепа — всего шестой. И то среднее вытягивают вверх редкие сильные особи. Большинство обычных монстров здесь седьмого или восьмого ранга.

Новых видов мы тоже не встретили. За всё время только один скелетный призрак шестого ранга оказался существом, за которое ещё можно было получить опыт.

— Ну когда уже вылезет кто-нибудь сильный?!

— Айнар, чего ты расстраиваешься? Чем слабее враги, тем лучше.

— Миша! Мне нужен противник, достойный моей будущей автобиографии!

— А... ну да. Тогда не знаю. Спроси Бьорна.

— ...Не хочу.

— Почему?

— Если спрашивать Бьорна о таких вещах, Эмили Рейнс ругается.

— А-а...

Айнар сразу сникла и покосилась в мою сторону. Даже стало немного жалко.

Но Амелия, надо признать, воспитала её отлично.

Если когда-нибудь станет матерью, детей она наверняка воспитает как следует—

— Яндель.

— ...Я ни о чём странном не думал.

— Что?

— Кхм. Зачем звала?

— Похоже, мы вошли в район, который сейчас прочёсывает «Золотое Древо».

— Кто-нибудь рядом?

— Никого не чувствую. Но следов много. Здесь постоянно ходят туда-сюда.

Значит, мы уже добрались довольно близко к центру острова.

— Раз уж несколько дней проведём на одной территории, для начала стоит поздороваться.

Мы не стали менять направление и продолжили идти к центральной пещере.

Когда вышли на поляну перед входом, там оказалось пусто.

— Никого.

Следы лагеря были, людей — нет.

Я ещё не успел толком удивиться, как за спиной раздался вкрадчивый голос:

— Вот уж не думал встретить здесь столь важного гостя.

И в ту же секунду мы разом почувствовали вокруг десятки людей.

Амелия, мой живой радар, тихо сказала:

— Яндель. Нас окружили.

Сам вижу.

Девяносто исследователей замкнули кольцо вокруг нас.

На короткий миг тело напряглось само собой, но тут из зарослей вышел светловолосый мужчина лет тридцати пяти.

— Прошу прощения, если напугали вас, виконт Яндель.

Амелия наклонилась ко мне и зачем-то шепнула:

— Волосы крашеные. От природы он брюнет.

Я-то уже приготовился услышать что-то важное.

Хотя покрашено и правда хорошо. Ладно, не об этом.

— Билл Айронред, глава клана «Золотое Древо». Буду рад, если станете звать меня просто Биллом.

Он улыбался так приветливо, будто мы встретились на приёме, а не в окружении девяноста вооружённых людей.

Может, именно этой улыбкой он и обрастал связями среди знати и торговцев.

Не знаю.

Но простаком он точно не выглядел.

— Рад знакомству, Айронред. Не ожидал такого пышного приёма.

— Ха-ха. Ещё раз прошу простить. Мы и представить не могли, что на остров прибудете именно вы.

Врёт и даже не моргнёт.

— Бывает.

Я кивнул и тем временем оглядел бойцов, вышедших из зарослей.

Их присутствие говорило само за себя: они обнаружили нас раньше, чем мы их. Значит, по части разведки у «Золотого Древа» было преимущество.

И это ещё не всё. Они сумели спрятать целых девяносто человек так, что никто из наших ничего не заметил.

«Неужели он действительно не знал, кто идёт?»

Нет. Скорее всего, знал.

Тогда зачем стягивать сюда весь клан и заранее устраивать засаду у пещеры?

Ответ один.

«Хотел сразу продавить числом».

В городе исследователь может сорить деньгами, напиваться и хохотать в трактире. В Лабиринте он снова становится зверем. Прячет яд, распушает перья, раздувается в размерах — делает всё, лишь бы не показаться слабым.

Покажешься слабым — вцепятся в горло.

— Однако ситуация неловкая, — продолжил Билл. — Правильно ли я понимаю, что виконт тоже пришёл ради «него»?

Я пока не знал, кого именно он имеет в виду, но решил не показывать этого.

— А если так?

Тон получился нарочно жёстким. Билл лишь улыбнулся шире.

— Тогда ничего не поделаешь.

— Уйдёшь?

— Не могу. Как бы ни хотелось избежать неудобств, я отвечаю за своих людей.

— Значит, просто соревнуемся.

— Сокровища Лабиринта никому не принадлежат заранее. Кто добрался первым, того и добыча.

Что-то в нём мне не нравилось, но с самим принципом я был согласен.

Конкуренция — не преступление. Проблемы начинаются, когда проигравший не умеет принять поражение или решает отнять чужое силой.

«На такого он пока не похож...»

На удивление сговорчив.

Возможно, дело в моём титуле и имени. Будь перед ним никому не известный клан, разговор наверняка шёл бы иначе.

— Предлагаю ради честного соперничества договориться о двух вещах.

— Слушаю.

— Не мешаем друг другу. И тот, кто первым откроет дверь в пещеру, первым получает право на попытку. Подходит?

— Подходит.

— Отлично. Раз мы поняли друг друга, больше задерживать не стану. Давай постараемся, Яндель.

— На «давай» мы не переходили.

— ...Ха-ха-ха. А вы, виконт, занятный человек.

Вообще-то я не шутил.

— Тогда мы откланяемся. Соперник у нас серьёзный, нельзя терять время.

Он попрощался с безупречной вежливостью и увёл людей.

Рейвен проводила их раздражённым взглядом.

— Фу. И правда неприятный тип.

— Что именно тебе не понравилось?

— Он даже не предложил сотрудничать или поделить добычу. Значит, уверен, что они нас обойдут.

Тут не поспоришь.

— И что в этом плохого?

— Что?.. Ну... само по себе ничего. Но когда подчинённая жалуется, командиру положено хотя бы немного посочувствовать.

Ещё чего.

Командир нужен не для того, чтобы поддакивать обиженным.

— Не переживай. В пещеру мы всё равно войдём первыми.

Мне нужна победа.