Судный День (2)

[Посланник Звёзд].

Эту силу Свен Парав получил после события, похожего на пробуждение.

Тогда, много времени назад, он остался в горящем храме, готовый погибнуть, лишь бы остальные успели выбраться.

Позже мы провели несколько опытов и пришли к выводу, что после того случая Парав получил особый бонус «Священная плоть» — такой обычно бывает только у святых.

Вот только понять, что именно делает [Посланник Звёзд], так и не удалось.

И главное — при каких условиях он вообще срабатывает?

За все годы игры я ни разу не встречал этого навыка. К тому же эту силу даровал непосредственно бог.

Логично было предположить, что впереди она окажется чрезвычайно полезной.

Поэтому ещё в городе я перепробовал всё, что пришло в голову, пытаясь выяснить условие активации.

Ничего.

Я даже решил, что навык работает только в Лабиринте, и попробовал активировать его уже там.

Тоже мимо.

И вот теперь...

— Он просто... взял и сработал?

[Посланник Звёзд] активировался.

Доказательство было перед глазами: тело Свена Парава излучало ослепительное серебряное сияние.

А потом он ещё и заговорил.

Ху-ху-ху.

Вот так.

— Давно не виделись, Бьорн Яндель.

Голос принадлежал Параву.

Но по манере речи сразу стало ясно: говорит кто-то другой.

— Никогда не думала, что увижу, как вы сдаётесь. Признаться, вы невольно показали мне редкое зрелище.

Чужая манера проступала во всём: ладонь у рта, чуть жеманная поза, мягкая улыбка.

— Впрочем, даже герои иногда ломаются. Вы и так сделали очень много.

По отдельности это были мелочи, но вместе в них чувствовалось столько подчёркнуто женского, что сомнений почти не оставалось.

А Свен Парав был паладином, так что вывод напрашивался один.

— Неужели... Реатлас?

В ответ Свен Парав лишь прикрыл рот и тихо рассмеялся.

Ху-ху...

Этого хватило.

Не знаю, как, но Реатлас вошла в его тело.

«Значит, это навык нисхождения?..»

Хотя странно.

В игре после смены класса на святого можно было вызвать «нисхождение» и на время получить часть божественной силы.

Но чтобы сам бог буквально вселялся в тело персонажа — такого не происходило.

«Впрочем, сейчас это не самое важное».

Появились десятки вопросов, но первым я задал главный.

— Ты можешь вытащить нас из этой ситуации?

«Есть ли у нас вообще способ выжить?»

Свен Парав... нет, Реатлас улыбнулась.

— Кто знает?

«Что?»

— Если бы не могла, разве я пришла бы?

«Да чтоб тебя...»

Сердце у меня не железное.

— Очень многого я сделать не смогу. Но обстоятельства, пожалуй, сложились удачно.

Она едва закончила, как истекла минута, в течение которой Сниктура была обездвижена.

Змея поднялась и взревела.

И тут Реатлас выставила ладонь.

Ха!

Боевой возглас прозвучал почему-то почти по-детски.

ШШШШШШ!

Между нами и змеёй Сниктура поднялась плотная полупрозрачная стена из серебряного света.

БАБАХ!

Сниктура с разгона врезалась в неё всем телом, будто не веря, что ей преградили путь.

Барьер даже не дрогнул.

Реатлас, которая только что без малейшего напряжения заперла монстра 1-го ранга, пожала плечами, повернулась к нам и подмигнула.

— Сколько ты сможешь её удерживать?

— Достаточно, чтобы сохранить вам жизнь.

Кха-а-а-а-а-а-ак!!

Сниктура билась за стеной и выла от ярости, но теперь я почти перестал обращать на неё внимание. Рядом внезапно появилось нечто куда более невероятное, чем любой монстр 1-го ранга.

— Э-это и правда госпожа Реатлас, мяу?.. То есть... госпожа Реатлас?!

Ху-ху...

— Н-не может быть... Звезда Сумерек да укажет нам путь...

Члены отряда растерялись перед чудом, явившимся в материальный мир, и один за другим принялись осенять себя знаком своей веры.

Но не все смотрели на богиню с благоговением.

Беллег уже очнулся после лечения.

И в его глазах была враждебность.

— Вы действительно... Реатлас?

Она снова не ответила.

Впрочем, после всего увиденного слова были уже не нужны.

Не дождавшись реакции, Беллег задал следующий вопрос.

— Почему? Почему тот ребёнок должен был умереть? Неужели это вы назначили такую судьбу?

Реатлас и на этот раз промолчала.

Только посмотрела на него с какой-то тихой жалостью.

Кажется, именно этот взгляд разозлил Беллега ещё сильнее.

— Ответьте!... Если вы и правда богиня, которая распоряжается судьбой, ответьте мне! Почему?!

Может, всё ограничилось бы криком.

Но Беллег подался вперёд так, будто собирался броситься на неё.

БАХ!

Его перехватил Кайслан.

Не я.

Кайслан скрутил Беллега и впечатал в пол.

Ух!...

— Не забывайте о почтении. От её воли сейчас зависят жизни всех нас.

Беллег молчал.

— Я понимаю, что у вас много вопросов. Мне тоже доводилось терять близких. Но вы и сами знаете: спрашивать об этом нужно не у неё.

В ответ — ни слова.

— Буду считать, что вы меня поняли. Сейчас отпущу. Не делайте глупостей. Ясно?

Беллег снова промолчал.

Кайслан убрал руку, но тот даже не попытался подняться.

Так и остался лежать, глядя в пустоту.

Мне было его жаль.

Но времени было мало.

«Будь это нисхождение или что-то другое, сила такого уровня долго не продержится».

Как только опасность минует, Реатлас наверняка покинет тело Парава.

Значит, пока она здесь, нужно спрашивать.

Из множества вещей, которые я хотел узнать, первой была самая практичная.

— Каково условие активации этой силы?

— Б-Бьорн!! К-как ты разговариваешь с госпожой Реатлас, мяу... то есть, как вы смеете?!

«Что ещё на неё нашло?»

— Не обращай на неё внимания. Отвечай.

— Вы уверены, что хотите знать? Возможно, вам было бы лучше остаться в неведении.

Если бы так сказал кто-нибудь другой, я бы не придал словам большого значения.

Но это говорила богиня.

Причём богиня, ведающая судьбой.

Звучало зловеще.

И всё же...

— Хочу.

Если неведение и лекарство, то только обезболивающее.

Оно отсрочит боль, но ничего не исправит.

— Что ж. Раз таков ваш выбор.

Реатлас заговорила.

— Я могу вмешаться в материальный мир через эту силу лишь тогда, когда Свену Параву уже наверняка суждено умереть.

Да ладно.

Вот, значит, какое условие.

Неудивительно, что в городе я мог вытворять что угодно, а навык не реагировал.

— Тогда почему мне лучше было этого не знать?

— Потому что, как только Свен Парав узнает точное условие, воспользоваться этой силой станет в десятки раз труднее.

— Что?

— Времени мало, и подробно объяснять слишком долго. Скажем проще. Если он будет точно знать, при каких обстоятельствах я могу прийти, то начнёт полагаться на эту возможность. С этого момента одновременно появятся две возможные судьбы. А я не могу вмешиваться в судьбу, которая ещё не определилась.

Нет.

Понятнее ни хрена не стало.

Видимо, это было написано у меня на лице.

Ху-ху.

— Я ведь предупреждала, что объяснить непросто.

— ...

— Если не понимаете, просто запомните главное: как только Свен Парав узнает условие, воспользоваться этой силой станет в десятки раз сложнее. Этого достаточно. Хорошо?

— Запомнил.

— Вот и славно.

Реатлас улыбнулась так, будто хвалила ребёнка.

На лице Свена Парава такая улыбка выглядела, мягко говоря, непривычно.

Но сейчас это тоже неважно.

— Кстати. Я должна передать вам ещё кое-что.

— Что?

— Судьба потому и судьба, что от неё не уйдёшь.

— И что ты хочешь этим сказать?

— В этот миг Свен Парав изменил собственную судьбу. Вместе с ней изменились и судьбы нескольких людей, которые должны были умереть сегодня.

— И?.. Говори прямо, я выдержу.

— Судьба, от которой вы сегодня ушли, однажды всё равно вас настигнет.

— То есть мы всего лишь отложили смерть и в итоге всё равно погибнем?

— Кто сказал, что речь идёт обо всех?

Я замолчал.

— Бьорн Яндель. Даже без меня вы бы сегодня не сломались окончательно. Да, на миг вы сдались. Но потом снова собрались бы и продолжали бороться до самого последнего мгновения.

— Так к чему ты ведёшь?

На губах Реатлас появилась непонятная улыбка.

Вслух она ничего не сказала.

Вместо этого голос прозвучал прямо у меня в голове.

«Семь человек».

— ...Что?

«Запомните, Бьорн Яндель. Сегодня здесь семь человек избежали предназначенной им смерти. Рано или поздно эта судьба придёт за каждым из них снова».

«Поэтому помогите ему расти дальше. Из всех людей Свен Парав больше прочих похож на меня».

«Кто знает. Если он будет расти и однажды обретёт собственную ступень бытия...»

«Возможно, тогда он сумеет менять уже не только свою судьбу, но и чужую».

После этого Реатлас снова заговорила обычным голосом.

— Ну вот. Теперь всё.

— Что значит «всё»?

Ху-ху.

— До новой встречи.

Прощание прозвучало неожиданно.

А в следующую секунду тело Свена Парава безвольно рухнуло на пол.

«Да трёх минут ещё не прошло!»

До смерти змеи Сниктура оставалось больше двух минут.

И теперь...

БУ-У-УМ!

После очередного удара змеи по барьеру на серебряной поверхности разошлась трещина.

До этого стена не шелохнулась ни разу.

БУ-У-УМ!

Судя по тому, как быстро росли трещины, ещё четыре-пять ударов — и барьер рассыплется к чертям.

«И она просто ушла?»

Когда я спросил, сколько продержится барьер, Реатлас совершенно ясно ответила: достаточно, чтобы мы все выжили.

«Так что это сейчас такое?»

«Она мне просто напиздела?»

Едва эта богохульная мысль мелькнула в голове, как произошло кое-что ещё.

Ш-ш-ш-ш-ш!

Дверь, которую запер Арта, вдруг открылась.

А из динамиков, которые мы вроде бы успели сломать, донёсся знакомый голос — с сильными помехами, но всё же узнаваемый.

— А-алло... а... вы м-меня слышите?

— Ауэн?..

— В-выходите скорее!

Всё сразу встало на место.

Напряжение разом спало.

«Вот оно как...»

Мы подхватили потерявшего сознание Свена Парава и выбрались из лаборатории всей группой.

В ту же секунду...

БАБАХ!

Сниктура наконец расколотила световую преграду и рванула следом.

БУ-У-УМ!

Дверь закрылась в последний момент и остановила её буквально у нас за спиной.

БУ-УМ!

Сниктура снова и снова таранила металл с той стороны.

Дверь не поддавалась.

Значит, хотя бы об этом можно не волноваться.

Фух!...

— Хорошо, что успел!

Я тут же поднял голову к динамикам.

— Ауэн. Что произошло?

Мы не брали его в зал босса и оставили наверху.

Откуда он вообще взялся в системе связи?

— Ты попал в диспетчерскую?

— Н-не знаю, диспетчерская ли это...

— Через местные устройства видно лабораторию?

— Да! Всё видно!

Тогда это точно диспетчерская.

Оставался другой вопрос: как он туда вошёл?

Ответ оказался простым.

— Я, как вы приказали, ждал наверху до конца боя. Потом вдруг двери вокруг начали сами открываться и закрываться. Я решил, что у вас что-то пошло не так, и вошёл в одну из открывшихся.

Видимо, после того как мы устроили в лаборатории тотальный погром, системы наверху тоже дали сбой.

Вполне правдоподобно.

После убийства Арта доступ в диспетчерскую всё равно должен был открыться.

— А внутри я увидел, что происходит у вас! Услышал, как командир требует открыть дверь, и начал нажимать всё подряд. Потом дверь вдруг открылась, и оказалось, что я ещё могу говорить через эти устройства!

Одна случайность за другой.

Только случайностью я это уже не считал.

«Значит, всё должно было сложиться именно так».

Даже без навыка [Посланник Звёзд] всё, вероятно, закончилось бы открытой дверью — только позже.

Мы продолжили бы отчаянно сражаться.

Семеро, о которых сказала Реатлас, погибли бы.

И лишь после этого Ауэн сумел бы открыть выход, позволив оставшимся вырваться из проклятой лаборатории.

БУ-У-УМ!

Стены снова дрогнули.

Я невольно обернулся.

Из динамика тут же донёсся обеспокоенный голос Ауэна.

— Она всё ещё бесится внутри. М-может, вам лучше подняться наверх? На всякий случай.

— Нет. Здесь нормально.

— Тогда... мне спуститься?

— Тоже нет. Пока оставайся там.

— Понял.

Разговор закончился, а удары продолжились.

БУ-У-УМ!

БУМ!

БУ-У-У-УМ!

Так прошло какое-то время.

Потом удары стали заметно чаще и сильнее.

И вдруг оборвались совсем.

...

...

«Умерла?»

Размышлять не пришлось.

Смерть монстра 1-го ранга ощущается слишком отчётливо — хотя бы по резкому приливу опыта.

「Сниктура уничтожена. EXP +9.」

Она действительно умерла.

— К-командир! Она... она упала!

Ауэн тут же подтвердил то же самое.

Сомнений не осталось.

Как ни посмотри, нам удалось убить монстра 1-го ранга без единой смерти.

И первое, о чём я подумал...

«Эссенция».

Я уже открыл рот, чтобы спросить, выпала ли она, но вовремя остановился.

— Ауэн, открывай дверь.

Нет уж.

Такую вещь я проверю собственными глазами.