Спасительная соломинка (7)

Дальше разговор пошёл мирно и на удивление продуктивно.

Я спрашивал — он отвечал.

Без фокусов и попыток юлить.

— Тогда начнём с этого. Когда-то мне попался твой дневник. Последняя запись в нём заканчивалась словами: «Сегодня мы умрём». Что случилось потом?

На первый же вопрос Орми ответил без сопротивления. История была мрачнее некуда, а рассказывал он её ровным, почти бесстрастным голосом.

— Мы решили умереть вместе и приняли лекарство, которое приготовила Тарвиан. Но по какой-то причине я не умер. Наверное, ещё в армии у меня выработалась устойчивость: тогда я успел наглотаться разных препаратов для модификации.

Их план уйти из жизни в один день провалился.

Орми Ноарк выжил.

— Другой дозы не осталось... Я покинул дом, где спали товарищи, и просто пошёл куда глаза глядят. Демоны, которых я надеялся встретить, так и не появились, но это ничего не меняло. Пламя обжигало кожу, раскалённый воздух разрушал лёгкие. Я был уверен, что скоро присоединюсь к остальным.

Если бы всё действительно закончилось так, до нынешней истории дело бы не дошло.

— Но я снова выжил.

— Каким образом?

— Когда я уже медленно сгорал заживо, появился демон. Я даже обрадовался: наконец-то кто-то прекратит эти мучения. Я улыбнулся и пошёл ему навстречу... А потом стрела пробила демону затылок.

Орми на мгновение сжал губы и продолжил:

— ...Это были спасатели. Те самые, которых мы четверо ждали столько лет. Я уже терял сознание от истощения, но их голоса помню до сих пор. Они говорили тепло и спокойно: всё, теперь ты спасён, больше не бойся.

С этими голосами в ушах Орми тогда и потерял сознание.

А когда открыл глаза...

— Когда я очнулся, прошло уже несколько дней. Они вытащили меня, и мы наконец покидали эти проклятые Великие Гиблые Земли.

Орми просил вернуться к дому хотя бы за телами товарищей, но спасательный отряд отказался: на это у них не было ни времени, ни сил.

— Меня накрыло сожаление. Один день... Если бы мы отложили решение всего на один день, выжили бы все.

Человек, несколько лет ждавший помощи и наконец её получивший, оказался перед другим вопросом.

— Жить или умереть?

Впрочем, ответ был почти предрешён.

У живых остаются обязанности перед живыми.

С края утёса Орми так и не шагнул. Поэтому его история продолжилась.

Но прежде чем слушать дальше, стоило уточнить кое-что важнее.

— Ты сказал «спасатели». Кто это был?

— Рафдония.

— ...Что?

— Лавигион Коммельби Рафдония.

Бессмертный Король. Лавигион Третий.

— Точнее, он и его спутники — те, с кем он шёл в великий поход.

Вот в этот момент судьба человека, уже смирившегося со смертью, окончательно свернула куда-то в неожиданную сторону.

На самом деле с Бессмертным Королём Орми встречался и прежде.

Ничего удивительного: Лавигион был прямым наследником правящего дома, а сам Орми — мальчиком из старого вассального рода.

— Когда война разгорелась по-настоящему, имперские вербовщики добрались даже до самых дальних владений. Мне ещё не исполнилось и положенного возраста, когда пришлось покинуть родные земли.

Поэтому их новая встреча состоялась лишь двадцать лет спустя.

— Каким он был?

— Почти таким же, каким я его помнил. Не терял бодрости, постоянно шутил. Любил поддеть окружающих, но при этом всегда чувствовалось, что он уважает людей рядом и думает о них.

— То есть ничего особенного.

— Ничего особенного... Наверное, так можно было бы сказать, если бы сам мир тогда не стоял на краю гибели.

Орми помолчал и добавил:

— Его смех и неизменная жизнерадостность казались почти неуместными в мире, где уже не осталось надежды.

Он снова задумался, подбирая слова.

— Когда я увидел его вновь... даже не знаю, как сказать. Он стал человеком совсем другого масштаба. Это было заметно с первого взгляда даже такому обычному человеку, как я.

Хм. Не ожидал услышать такую хвалебную речь о Бессмертном Короле от человека с фамилией Ноарк.

Во всём рассказе чувствовалось какое-то странное несоответствие. Но что именно меня цепляло, наверняка станет ясно, если дослушать до конца.

Поэтому я не перебивал.

— В мире, лишившемся надежды, он путешествовал по всему континенту вместе с товарищами и искал её заново. Только поэтому им и удалось найти меня, брошенного в Великих Гиблых Землях.

— И что было потом?

— Сначала они взяли меня с собой в Рафдонию. Им всё равно требовалось восстановить силы и пополнить запасы.

— Наверное, приятно было наконец вернуться домой.

— Не знаю, можно ли было назвать то место домом...

— ?..

— Это была уже не та Рафдония, которую я помнил. Просто убежище, выстроенное глубоко под землёй, чтобы переждать конец света. Люди там не жили — они день за днём цеплялись за жизнь.

— А...

Я сразу понял, о каком убежище идёт речь.

Ноарк.

Впрочем, всё сходилось. Насколько я помнил, этот город изначально действительно построила Рафдония. Отсюда и Площадь Измерений внутри Ноарка.

На поверхность люди выбрались значительно позже, когда технологии развились достаточно. Тогда они возвели стены и со временем создали огромное королевство.

— Так или иначе, я вернулся туда... А он снова ушёл. Перед отъездом поручил мне управлять убежищем.

Орми усмехнулся без особой радости.

— До сих пор не понимаю, почему он доверил мне настолько важное дело. Потому что Ноарки веками служили его дому? Или просто хотел дать цель человеку, который в любой момент мог решить, что больше незачем жить...

Ответа Орми не знал.

Лавигион снова отправился в свой великий поход, а оставшийся под землёй мужчина принялся за дело.

— Каждый раз, когда он возвращался, с ним приходили новые выжившие, найденные в разных уголках мира. Убежище росло, а талантливых людей, которые присоединялись к его походу, становилось всё больше.

Так прошли ещё годы.

И однажды всё изменилось.

— Наконец он завершил великий поход. И нашёл в этом мире надежду.

— Что именно?

— На вопросы, слишком тесно связанные с Истоком, я отвечать не могу. Но ты уже знаешь, что он обнаружил.

Слово вырвалось само собой.

— ...Лабиринт.

Орми промолчал.

Но этого молчания хватило за ответ.

«Если сопоставить это с тем, что рассказал Арта... Получается, Бессмертный Король в конце концов завладел силой Истока?»

Древняя тайна была чёртовски интересной.

Жаль только, что почти всё дальнейшее оказалось наглухо закрыто.

— Знаешь, иногда надежда рождает ещё большее отчаяние. Найденная им надежда позволяла лишь отвернуться от одной бездны, чтобы увидеть перед собой другую.

— Можно без метафор? Просто скажи нормально.

— Не могу.

Ну конечно. И это тоже связано с Истоком?

— Узнав правду, он разработал план спасения мира. Невежды, возможно, сочли бы его приемлемым. Для тех же, кто знал истину, этот план был чудовищным.

— Сам план ты, разумеется, тоже назвать не можешь?

— ...

— Да понял я. И не надеялся. Тогда расскажи хотя бы всё остальное, о чём тебе разрешено говорить.

— Те, кто поддержал его замысел, покинули опостылевшее подземелье и основали королевство на поверхности. Те, кто, как я, не смог согласиться, остались внизу.

Эх. Всё равно что пирог без начинки.

Теперь хотя бы ясно, почему подземный город, изначально бывший убежищем Рафдонии, получил название Ноарк.

Но именно то, что интересовало меня сильнее всего, по-прежнему оставалось за кадром.

— А революционная организация «Орми»? Об этом тоже нельзя?

— ...Я рассказал всё, что имею право рассказать.

— А Габрилиус? Этот мудак вообще кто такой?

— ...Он был главным спутником Лавигиона на всём его пути. И именно он воплотил в жизнь тот чудовищный план. Правда, похоже, позднее и он передумал и отвернулся от этого плана.

— В смысле отступил?

— ...

Тьфу. Я-то уже надеялся, что сейчас наконец услышу всё без недомолвок.

И всё же разговор не был бесполезным. Арта тоже успел кое-что рассказать. Кусочки постепенно складывались, и я всё отчётливее чувствовал, что приближаюсь к правде об этом мире.

— Ну вот. Всё, что мог, я сообщил. Теперь, надеюсь, ты наконец уйдёшь.

Я решительно покачал головой.

— Нет.

— ...Сколько ни упрямься, больше я всё равно ничего—

— Да не в этом дело. Уходить так уходить, но добычу-то забрать надо.

Он же сам сказал, что здесь можно улучшить Огненную Сферу.

— Подвал, кажется, в той стороне?

Заберу всё полезное — и свалим.

「Персонаж получает полноценную Огненную Сферу.」

「Имевшаяся у персонажа Огненная Сфера преобразуется в совершенную Огненную Сферу.」

В подвале нашлась ещё одна Огненная Сфера. Стоило взять её в руки, как она слилась с моей и изменилась.

Форма почти не поменялась, но пламя внутри шара теперь бушевало куда яростнее.

«Эффект потом проверим...»

Всё равно любопытно.

Раньше мне доводилось получать две Огненные Сферы одновременно, но никакого подобного события не происходило.

Значит, нужна именно та, что лежит здесь?

И только тогда мне пришёл в голову новый вопрос.

— Ноарк, что это вообще за место?

Для чего существует это пространство?

Как ни смотри, оно не походило на тот изнаночный мир, куда можно попасть через зеркало Милародена.

— Пристанище.

О. Даже название локации другое.

— А как сюда попасть? Есть какие-то условия?

— ...

— Сказать не могу. В буквальном смысле... это моё Пристанище. Место, куда я не желаю впускать никого.

— Но мы-то как-то сюда ввалились.

— Если бы весь Лабиринт сейчас не находился в нестабильном состоянии, вы никогда бы сюда не попали.

— Судя по твоим словам, условие входа то ещё.

Надеюсь, не нужно собирать семь Огненных Сфер по всему свету.

Хотя теперь уже без разницы.

— Всё. Уходи. Я отдал тебе всё, что мог.

— Да не ной ты. Сам знаешь, что мы и без твоих просьб долго здесь не останемся.

— ...

Выбравшись из подвала, я ещё раз оглядел гостиную.

Зефирос так и застыл у входной двери, как сломанный робот. Наверху, вероятно, точно так же замерли Тарвиан с младенцем.

[В конце концов, происходящее здесь — всего лишь спектакль, который поставила та девочка.]

Мне вдруг вспомнились недавние слова Ноарка.

Теперь слово «спектакль» вдруг показалось особенно точным.

— Спектакль для одного зрителя... Понятно, почему ты называешь это Пристанищем.

Ноарк ничего не ответил.

Не знаю почему, но, глядя на него, я вдруг задал ещё один вопрос.

— Тебя... устраивает такая жизнь?

И снова тишина.

Однако лицо ответило за него.

— ...

Во взгляде была горечь, словно сам вопрос казался нелепым: «Как такое вообще может устраивать?»

А у варваров есть врождённая слабость — не умеем спокойно смотреть на такие рожи.

Поэтому я от души хлопнул его по спине.

Бах! Бах!

Хлопки вышли звонкими.

— Т-ты что творишь—!

Ноарк дёрнулся так, будто я только что ударил мирного монстра, который вообще не собирался вступать в бой. Пока дело не зашло дальше, я быстро заговорил:

— Потерпи ещё немного.

— ...Что?

— Меня нынешнее положение дел тоже ни хрена не устраивает.

Больше сказать было нечего.

Для обещаний я слишком мало знал.

— ...Ты сейчас... пытался меня утешить?

До него дошло только через несколько секунд. Я пожал плечами и вышел наружу.

А затем...

Рёв пламени!

Стоило нам отойти от особняка подальше, как Пристанище, лишившееся Огненной Сферы, занялось пламенем.

Я ненадолго остановился и посмотрел на горящий дом.

— Тьфу...

После нашего ухода Пристанище всё равно будет создано заново.

А этот тип снова, как извращенец, станет в одиночку подсматривать за спектаклем собственного прошлого.

Теперь я окончательно понял, что чувствую.

«Нет. Всё-таки мне это не нравится».

А то, что варвару не нравится, надо уничтожить.

Таков наш способ решать проблемы.

Покинув Пристанище Ноарка, я вернулся к товарищам, которые всё это время наблюдали издали. До следующего этапа пространственного коллапса мы занялись подготовкой.

Тем, кому требовался отдых, я не мешал.

С остальными обсуждал возможные варианты развития событий. Прикидывали, с чем можем столкнуться дальше и как действовать в каждом случае.

Заодно мы с Рейвен проверили улучшенную Огненную Сферу.

— Э-э...

— ...Не может же быть, что мы... ошиблись в цифрах?

— Ты сама эти цифры получила. Чего теперь у меня спрашиваешь?

Результат оказался настолько хорош, что поверить в него было трудно.

「Весь урон от огня в радиусе 15 м снижается на 90 %.」

Исчезло даже прежнее ограничение на «периодический урон».

Теперь аура радиусом пятнадцать метров гасила девяносто процентов любого огненного урона.

«Пиздец...»

Ну всё.

Огненным тварям теперь полный пиздец.