Наплыв (4)

Департамент тайной безопасности.

Государственная структура, напрямую подчинённая Королевскому Дому Рафдонии.

Правда, прежнего веса у неё давно нет.

Когда-то ведомство занималось внедрением агентов, разведкой и тайными операциями. Потом эти функции забрал Орден Розы. Право расследовать дела дворян тоже передали другому ведомству после создания Мозлана.

В нынешнем виде Департамент почти целиком занят одним: ищет злых духов и отправляет их на казнь.

Наверное, поэтому его статус со временем и понизили. В лучшие годы он назывался Управлением тайной безопасности.

«При Короле Сотворения всю систему перекроили».

Из-за таких изменений я поначалу и путался в этом мире.

От эпохи, которую показывали в «Подземелье и камень», прошло больше ста пятидесяти лет. За это время успели исчезнуть одни учреждения и появиться другие.

Тот же Орден Розы — хороший пример. В игре организации с таким названием вообще не существовало.

— Департамент тайной безопасности...

Астаротта повторил мои слова и несколько секунд смотрел на меня, будто быстро перебирал возможные причины.

— Вряд ли тебе внезапно захотелось честно ловить злых духов и казнить их. Собираешься тайком объединить их в собственную силу?

Как и ожидалось, направление он понял сразу.

Только одну деталь понял неверно.

— Частную армию создавать не собираюсь.

Скрывать остальное смысла не было.

— Мне другое не нравится. Магических камней не хватает настолько, что вы готовы принять даже людей Ноарка. Тогда с какого хрена злые духи должны быть исключением?

— ...

— Тем более в самом Ноарке злых духов полно. Продолжать охоту на них сейчас — уже не просто бессмысленно. Это пустая трата людей и ресурсов.

— С этим трудно спорить.

К моему удивлению, Астаротта не стал возражать ради самого спора.

Но это ещё не означало, что он согласен.

— Судя по всему, ты хочешь вернуться к старому проекту и снова попробовать включать злых духов в общество. Забудь. Этого не будет.

— Почему?

— Его Величество не желает, чтобы их цивилизация загрязняла наш мир.

Граница была проведена сразу и жёстко.

Смысл я понял без дополнительных пояснений.

Демократия. Революции. Религии нового типа. Наука и техника. Да и само представление современного человека о власти и личной свободе.

Для тех, кто управляет этим городом, такие идеи опаснее любого оружия.

«Сам-то при этом и подъёмники сделал, и настольные игры, и ещё чёрт знает сколько всего. Удобно устроился».

Как бы там ни было, позиция Королевского Дома была понятна.

Я её и ожидал, поэтому ответ приготовил заранее.

— Именно поэтому Департамент и должен перейти ко мне.

— ...Ясно. С одного отказа ты бы всё равно не отстал. Хорошо, говори. Почему именно тебе?

— Потому что я смогу отсеивать проблемы до того, как они появятся. Если кто-то не подчинится правилам и решит устроить херню, на плаху отправится конкретно этот человек. Не вся группа.

— Теоретически возможно. Только нас нынешнее положение и так устраивает. Зачем добровольно вводить новую переменную?

Он не стал спорить о технической стороне моего плана. Сразу ткнул в самое главное.

— Итак. Почему мы вообще должны дать тебе то, что ты просишь?

Справедливый вопрос.

Астаротта и Король Сотворения мне не родители. Здесь не получится устроить истерику и получить желаемое только потому, что мне захотелось.

Но именно в этом разговоре у меня имелся почти универсальный пропуск.

— Перед тем как уснуть, Его Величество наверняка велел тебе сотрудничать со мной и по мере возможности выполнять мои просьбы. Что бы я ни потребовал.

Астаротта сразу помрачнел.

— Это относилось к войне и поручению убить прежнего канцлера.

— Да ну? Король потом просыпался и лично уточнил тебе границы приказа?

Сарказм я даже не пытался скрыть.

Он промолчал.

Мне этого хватило.

— То есть никаких новых указаний не было, а ты сам решил, что лучше знаешь волю Его Величества? И теперь собираешься по-своему толковать прямое распоряжение?

— ...

Опять молчание.

Пора было дожимать.

— Когда я в прошлый раз пришёл сюда, Король Сотворения договорился со мной о пяти просьбах.

Первую — вопрос с канцлером — я уже выполнил.

Оставалось четыре.

Следующую мне пока не озвучили, но одно я знал наверняка.

— И к чему ты ведёшь?

Торопливый какой.

— Королю от меня что-то нужно. Настолько, что ради этого он пообещал полную поддержку. Поэтому и ты будешь мне помогать.

— Даже не знаешь, каким будет следующий приказ, а уже прикрываешься им?

— Не приказ. Просьба. Следи за словами. Или снова собираешься самостоятельно решать, что именно имел в виду Его Величество?

После этого Астаротта надолго замолчал.

— ...Я подумаю.

По сути, это уже было согласие.

Конечно, окончательного решения ещё не было.

И всё же сопротивления оказалось куда меньше, чем я готовился встретить.

«Я даже не успел перечислить, что Королевский Дом с этого получит».

От лёгкости разговора стало не спокойнее, а наоборот.

У Астаротта вместо крови по венам течёт преданность королю, но даже для него всё прошло подозрительно гладко.

Опыт общения с Королевским Домом подсказывал единственно разумное объяснение.

«Значит, они опять что-то задумали».

В последнее время подобная подозрительность вообще стала моей второй натурой.

Слишком многое вокруг ощущалось неправильным. Иногда казалось, будто с самого дня моего появления здесь я лишь бегаю по площадке, которую кто-то заранее расчертил и подготовил.

И с каждым месяцем это чувство становилось сильнее.

Но разбираться с ним сейчас бессмысленно.

Перед уходом у меня оставался ещё один вопрос.

— Кстати. Что это тогда было?

— Если ты сформулируешь так, я должен сам догадаться, о чём речь?

— Зачем вы вызвали Владыку Слёз?

Я уже пытался выяснить это у нынешнего канцлера и у нескольких влиятельных дворян, с которыми мог поговорить напрямую. Никто ничего не знал или не хотел говорить.

Астаротта мог знать больше.

— ...

Как выяснилось, мог — ещё не значит, что скажет.

Он снова просто закрыл рот.

Тогда я спросил без обходных путей.

— Вы хотели, чтобы погибло побольше людей?

— Не понимаю, о чём ты...

— Пространственный коллапс.

Я оборвал его на полуслове.

Несколько секунд ушло на то, чтобы успокоить дыхание. Потом я посмотрел ему прямо в глаза.

— Это ведь вы его устроили?

Спросил ровно, почти без эмоций.

Лицо Астаротта не дрогнуло.

Жаль. Я надеялся хотя бы что-нибудь прочитать по реакции.

И вдруг он усмехнулся.

— ...А если да? Что-нибудь от этого изменится?

Он произнёс это с издёвкой.

Но странное дело: мне показалось, что насмешка направлена не столько на меня.

Будто он смеялся над чем-то ещё.

— Возвращайся. Насчёт Департамента я дам ответ, когда всё обдумаю.

На этом Астаротта сам закончил разговор.

Я спросил, можно ли перед уходом заглянуть к Рагне и Хёнбёль. Он только махнул рукой: делай что хочешь.

Со времени моего последнего визита почти ничего не изменилось.

Рагна по-прежнему спала.

А Хёнбёль встретила меня таким лицом, что сразу стало ясно: обиду она копила давно.

— Говорил, что будешь приходить чаще...

Пришлось довольно долго её умасливать, прежде чем она перестала смотреть на меня как на предателя.

— Ну что, здесь хоть спокойно было?

— По-моему, все «события» происходили у тебя. Вокруг только и говорят о пространственном коллапсе и прочем.

— Ты разве не сидишь всё время в этой комнате?

— В основном — да.

— «В основном»?

Я не понял, и она объяснила.

Торчать взаперти ей надоело, поэтому Хёнбёль стала гулять по дворцу и постепенно заводить знакомства.

Сначала разговорилась со служанкой, которая приносила еду. Потом — с садовником и поваром. Рыцари ей не мешали.

А теперь некоторые из них уже отвечали на приветствие.

— Ты ведь делала это не просто от скуки?

— Конечно. Мне тоже надо понимать, что происходит снаружи.

Ну да. Кто бы сомневался.

Хёнбёль, пожалуй, выжила бы где угодно. Не только здесь.

— Тогда рассказывай. Что угодно. Люди, с которыми я здесь подружилась, всё равно фильтруют каждое слово. У всех есть черта, за которую они не заходят.

Судя по всему, от недостатка нормальных разговоров она уже лезла на стену.

Я рассказал, что происходило со мной.

Владыка Яруса. Пространственный коллапс. Остальные приключения.

Материала хватало, и Хёнбёль слушала с явным интересом.

В какой-то момент я вспомнил маленькую драконидку из Древа Гномов.

Она тоже всегда требовала новых историй и могла слушать их часами, не отвлекаясь.

— ...В общем, это всё. Дальше рассказывать нечего — я дошёл до сегодняшнего дня.

Я ожидал увидеть на лице Хёнбёль довольную улыбку после такого развлечения.

Вместо этого она смотрела на меня тяжело и почти грустно.

— ...Тяжело тебе пришлось.

— А?

— И всё-таки ты молодец. Я знаю твой характер. Из той комнаты тебе было очень трудно выйти.

Вот оно что.

Хёнбёль была единственным человеком, который знал не только огромного воина Бьорна Янделя.

Она знала Ли Хансу — слабого корейца, которым я когда-то был.

От этого внутри неприятно защемило.

Если бы я позволил себе ещё немного постоять молча и вслушаться в это ощущение, наружу могло полезть что-нибудь совсем лишнее.

Я прочистил горло и сменил тему.

— Кхм... А ты сама долго собираешься здесь оставаться?

— Пока да.

Ответ последовал мгновенно.

Я несколько раз собирался спросить и передумывал, но в конце концов всё-таки сказал прямо.

— Почему ты вообще так за неё держишься?

В одном вопросе было слишком много всего.

Ответ получился таким же коротким.

— Наверное, я тоже изменилась после того, как попала в этот мир. Не только ты.

— ...Понятно.

Я кивнул и не стал лезть глубже.

Догадка у меня была.

Ведь и для Хёнбёль я оставался единственным человеком, который помнил кореянку Кан Хёнбёль из прежнего мира.

Может быть, в Рагне она увидела что-то от самой себя — той, прежней.

Но даже если так, одной ностальгией такую преданность не объяснишь. Значит, Хёнбёль действительно успела сильно измениться.

— ...Ладно, вернёмся к Департаменту. Судя по тому, что ты рассказал, его тебе, скорее всего, отдадут. И что ты будешь делать дальше?

Я изложил весь план, ничего не скрывая.

Хёнбёль раньше работала в государственном учреждении, поэтому сразу заметила места, где у меня вместо процедуры было одно «разберёмся по ходу», и помогла добавить необходимые детали.

Чем дольше она слушала, тем сильнее хмурилась.

— Ты серьёзно собираешься один всё это тащить?

— Нет. Один не вывезу.

— Тогда как?

— Буду искать человека. Но тут я как раз спокоен. Я знаю одного кандидата, который справится намного лучше меня.

— О. Уже есть кандидат? Кто?

Я ничего не сказал.

Просто посмотрел на неё.

— ...?

Чего прикидываешься, будто не понимаешь?

Сама ведь до этого всеми способами заманивала меня в подобные дела.