Счастливый конец (5)

За мгновение до срабатывания варпа.

Прежде чем перед глазами всё окончательно побелело, я успел заметить за туманом смутный силуэт.

Огромного зверя.

Бум!

Нет, не настолько огромного, как Хифрамаджент. Всего лишь чуть крупнее огра.

На привычного мне Берзака он не походил.

Владыка Бездны выглядит иначе: не громадная тварь, а иссохшее чудовище с одним глазом.

И всё же, едва увидев этот силуэт, я сразу понял.

«Это Берзак...»

Разумеется, не в том облике, в каком я видел его в Хрустальной Пещере на первом этаже.

Но почему-то сомнений не возникло.

Объяснение нашлось уже потом.

«Если подумать, даже для скрытой зоны появление Владыки Яруса с другого яруса было бы странным».

Да, однажды на пятом ярусе мы убили Владыку Слёз, но там всё произошло в рамках особого события — пространственного коллапса.

В обычных условиях Владыка Яруса существует только на своём ярусе. Я ещё ни разу не видел, чтобы это правило нарушалось.

Значит, здешнего Берзака правильнее считать просто боссом скрытой зоны — отдельной версией существа.

«Тогда и эссенция у него, скорее всего, не получит статус эссенции Владыки Яруса».

Это была моя последняя мысль перед тем, как варп утащил нас с поля боя.

Вспышка!

Когда я снова открыл глаза, вокруг было море.

Чёрный туман исчез, мир снова стал чистым и ясным.

Холодная вода обхватила меня со всех сторон, смывая с тела кровь.

И тут обнаружилась одна проблема.

— А-а...

Тело варвара не держится на воде.

После варпа посреди моря я стремительно пошёл ко дну.

Впрочем, тонул не только я.

Не один же я здесь был тяжеловооружённым воином.

«Вот он, вес настоящего бойца...»

Я уже почти проникся чувством товарищества, когда остальные тонущие воины один за другим начали сбрасывать тяжёлые доспехи и всплывать.

«А-а...»

Как бы одиноко ни было, повторять за ними я не стал.

Мне это всё равно не поможет.

Так уж устроено тело варвара.

«В итоге только вы со мной и остались...»

Хотя совсем один я всё-таки не был.

Главный недостаток варпа в том, что он не различает своих и чужих.

Гр-р-р!...

Гр-р-р!...

Имперцы-монстры, которых случайно прихватило вместе с нами, тоже начали тонуть. Но агрессии от этого не растеряли и тут же кинулись на меня.

Пришлось отбиваться, размахивая молотом даже под толщей воды.

Большинство этих типов уже не давали мне нового опыта: я успел перебить их по дороге назад к кораблю и пока ждал срабатывания варпа.

И всё равно выглядели они мерзко.

「Незавершённый мутант уничтожен.」

У этого просто рука превратилась в клинок, которым он и махал.

「Штурмовой мутант уничтожен.」

У этого одна сторона тела стала похожа на щит, почти как у Десфинда.

「Усиленный мутант уничтожен.」

А у этого из меча вырывалась энергия наподобие ауры.

「Артиллерийский мутант уничтожен. EXP +6」

О, такого я ещё не убивал.

Обе руки и даже голова превратились у него в пушки, из которых он без конца чем-то палил.

«Итого пока четыре типа...»

Когда я опустился на самое дно, упёрся ногами в «землю» и продолжил драку, монстры один за другим начали валиться без сознания, хотя я их даже не бил.

Похоже, способность дышать под водой вместе с мутацией им не досталась.

А может, после превращения они и вовсе могут задерживать дыхание меньше, чем обычные люди.

«Фух... Мне, кстати, тоже уже тяжеловато».

На объём лёгких я не жаловался, но после такой возни под водой воздуха начало не хватать.

Я поднял голову.

«Вот тебе и помощь свыше...»

Сверху, как спасательная верёвка, спустилась толстая цепь с чем-то вроде крюка. Рядом ещё плавал светящийся шар, чтобы я точно её заметил.

Я крепко схватился и несколько раз дёрнул.

Наверху поняли сигнал, и цепь пошла вверх.

— Фу-а-а!

— Бьо-о-о-орн!!

Стоило мне выбраться на палубу, как Айнар, с которой мы ненадолго разделились, тут же бросилась ко мне.

Только не потому, что переживала.

— Ты видел?! Видел, как я всадила копьё ему прямо в сердце?! Да считай, это я его и убила! Монстра первого ранга!

Похоже, в бою со старшим исследователем она и правда успела отличиться.

Я ничего этого не видел — был занят Берзаком, — поэтому просто похвалил её наугад.

— Молодец. Хорошо сработала.

Если она действительно внесла большой вклад, мне же лучше. При дележе трофеев потом будет на что сослаться.

— Потрудились вы на славу, виконт.

— А. Когда будет время, отправь кого-нибудь вниз. Там несколько эссенций выпало.

— Вот как? Неизвестные эссенции оставлять на дне нельзя. Сейчас же соберу людей. Всё равно придётся нырять ещё раз.

Услышав новости со дна, Гвиллен быстро сформировал отряд из воинов и магов.

Воинам предстояло вернуть сброшенные доспехи, а магам — запечатать эссенции в пробирки.

— Ни одной эссенции не упустить! Всё собрать в пробирки! С учётом того, сколько уйдёт на исследования, их всё равно будет мало!

Гвиллен распоряжался как последний скряга, а представители зверолюдей и фейри согласно кивали.

Ну ещё бы. Каждый теперь думает, как отбить вложенные деньги.

— Зато теперь можно утверждать наверняка: если выйти из тумана, превращение в монстра не отменяется.

— А, точно. Иначе те, кого варп утащил вместе с нами, уже вернулись бы к обычному виду.

Похоже, эволюция, вызванная туманом, необратима.

Во время рейда в Хрустальной Пещере я этого не понял — там просто не было случая вывести мутанта за пределы тумана.

— Как думаете, со временем этот туман рассеется?

— Кто знает. Пока понаблюдаем.

Я повернулся к острову Лаймия, который находился не так уж далеко.

Теперь он заметно отличался от прежнего.

Будто гора, вершина которой уходит в облака.

Хотя остров Лаймия вовсе не настолько высокий. Просто начиная примерно с центральной части его накрывал плотный чёрный туман.

— Впрочем, всё не так плохо. Туман хотя бы не покрыл остров целиком.

— Верно. Можно наступать снаружи, постепенно сокращая число противников. А если получится, часть врагов удастся выманивать вниз, за границу тумана.

Чем больше я об этом думал, тем очевиднее становилось: ситуация гораздо легче той, что была при появлении «Тумана Бездны» на первом ярусе.

Здесь у нас куда больше вариантов.

— Просто из любопытства: [Пространственный Прыжок] можно усилить?

— Что именно вы имеете в виду?

— Да так, интересно стало. Ведь [Пространственный Прыжок] не переносит монстров третьего ранга и выше? Если усилить заклинание так, чтобы стало можно, это пригодилось бы в бою.

Например, мы могли бы варпом вытащить Берзака из тумана.

— А-а, вот о чём вы. Понимаю. Но чтобы ответить, сперва нужно точнее разобраться в природе сопротивления магии...

Вопрос я задал из простого любопытства, но речь Гвиллена почему-то сразу стала быстрее и длиннее.

Хроническая болезнь магов.

Вот почему они не умеют отвечать только на то, что у них спросили? Обязательно надо ещё набить чужую голову ненужными знаниями.

Я всё равно половину не пойму.

— Ничего не понял. Скажи коротко.

Я перебил его. Гвиллен слегка погрустнел, но всё-таки сократил объяснение.

Хотя назвать это «коротко» можно было с натяжкой.

— Любая наша магия с точки зрения монстра считается «атакующим заклинанием». [Пространственный Прыжок] не исключение. Поэтому дело, строго говоря, не в третьем ранге: на существо с достаточно высоким сопротивлением магии [Пространственный Прыжок] просто не подействует.

— Тогда странно. Заклинание первого ранга не может перенести даже монстра третьего?

— Наоборот.

— Что?

— Именно потому, что это магия первого ранга, она способна игнорировать сопротивление существ более низких рангов и переносить их. Сам по себе [Пространственный Прыжок] ведь не является атакующим заклинанием.

— А, вот оно что. Понял.

— Кстати, существует и пространственная магия, применяемая именно в наступательных целях. Среди заклинаний второго ранга есть [Перенос]. С его помощью можно воздействовать даже на монстров третьего ранга и выше...

[Перенос] я уже видел у особого мага во время пространственного коллапса, поэтому сначала даже слушал с интересом.

Но...

— Кхм. У меня дела, я пойду.

— Что? Куда?

— ...Надо проверить Тетрасеа.

— А-а...

Стоило Гвиллену разговориться — и остановить его уже было невозможно. Пришлось сбежать, прикрывшись Тетриком.

Хотя отговорка была не совсем выдуманной.

Я и правда хотел поскорее с ним поговорить.

Тогда, на острове, всё происходило слишком быстро, и спокойно поговорить с ним не вышло.

[О, Тетрик. Как ты?]

[З-здравствуйте... Только меня зовут не Тетрик, а Тетрасеа...]

[Сестра уже всё тебе рассказала?]

[Я вообще-то старшая сестра...]

[Л-Лаймия! Не надо так!]

Тетрик обеспокоенно покосился на сестру и попытался её остановить, словно боялся, что мне не понравится её дерзость.

[Всё нормально. Я не собираюсь причинять вам вред за такие вещи.]

[А...]

[Ты уже слышал: я пришёл тебя спасти. И спас.]

После этих слов Тетрик замер и нерешительно пошевелил губами.

Ясно. Хочет что-то спросить, но боится.

[Если есть что сказать — говори. Я уже сказал, что не собираюсь вас трогать. Наоборот, хочу помочь, насколько смогу.]

[...Почему вы нас спасли? Я ведь никогда раньше вас не встречал...]

[Не «вы». Зови меня просто дядькой.]

[Мы ведь прежде ни разу не встречались. Почему ты меня спас?]

Вот что его тревожило.

Лаймия, видимо, решила, что мы с Тетриком знакомы, и не задавалась этим вопросом. А он прекрасно понимал, что видит меня впервые.

Ничто так не настораживает, как доброта чужого человека без видимой причины.

Тетрика же использовали столько раз, что его настороженность была вполне понятна.

Только вот разумного объяснения, которое его устроило бы, я придумать не мог.

Рассказывать про «возврат во времени» нельзя — в любом нормальном сюжете это правило номер один. Да и неизвестно, чем обернётся то, что Тетрик узнает правду об этом мире.

Поэтому...

[Просто мне это не понравилось.]

Я сказал как есть.

[Ребёнок должен вести себя как ребёнок. Чтобы вытащить ребёнка из ада, нужна какая-то особая причина?]

[...Что? Но я, как видишь...]

[Мелкий ты ещё. Так что давай, реви и говори, чего хочешь. Каким бы ни было желание, дядька его исполнит. Чего ты теперь хочешь?]

Тетрик молчал.

Понятно. Он ведь даже не знает, насколько мне можно верить.

Поэтому уговаривать я не стал.

Я когда-то слышал по телевизору: не дави, просто дай человеку время.

[...]

[...]

Мы молча смотрели друг на друга.

И всё-таки советы специалистов, похоже, чего-то стоят.

Я всего лишь терпеливо ждал, не отводя глаз, и в конце концов Тетрик решился сказать вслух то, что до сих пор прятал внутри.

[Я хочу на остров... На тихий, мирный остров, где никого нет. Хочу жить там вместе с сестрой и больше никогда не испытывать боли...]

Он говорил спокойно, почти без выражения, но от этого искренность его желания ощущалась только сильнее.

Наверное, поэтому даже Лаймия не стала в этот раз встревать со своим «я старшая сестра».

И тогда...

[Хоро...]

Я уже собирался ответить, как вдруг...

Тр-р-р-р-р...

Тр-р-р-р-р...

Мир замер.

То же самое произошло со мной и в первом цикле.

Перед глазами разлилась белизна.

В ней начали вспыхивать и тут же исчезать чужие воспоминания.

Все сцены я видел от первого лица.

И почти сразу понял, чьи это глаза.

«Тетрасеа».

Всё началось в конюшне при какой-то церкви.

Грязь и нечистоты были повсюду. Тетрасеа прижимал к себе плачущую сестру.

Хлёст!

Кто-то бил его кнутом, а он всё равно гладил маленькой ладонью её хрупкую спину, будто уговаривал не плакать.

Одна такая сцена сменяла другую. Их становилось всё больше, и воспоминания ускорялись.

А затем...

Следующей остановкой оказался невольничий корабль.

Тесный трюм, куда согнали сотни людей.

Болезни косили людей одного за другим, а Тетрасеа отдавал сестре воду и хлеб.

Сам лгал, что уже поел и всё в порядке.

Прятал под рваной одеждой распухший от голода живот, отворачивался к стене и засыпал.

Так продолжалось снова и снова, пока корабль не потерпел крушение.

Тетрасеа оказался в море, и мир погас.

Когда свет вернулся, под ногами был остров.

На нём жили огромные чудовища с необычным цветом кожи; у них была своя деревня.

Здесь не мучил голод, одежда была чистой.

Впервые сестра улыбнулась по-настоящему.

В её глазах отражался улыбающийся мальчик.

Но потом...

Шорох.

Он обернулся.

Над ним возвышалось громадное морское чудовище.

Повелитель Бури.

Стормгаш.

Хозяин этого острова.

Увидев его, мальчик уже не улыбался.

Он дрожал от страха.

Хозяин острова заговорил повелительным голосом.

[Как ты и просил, твоей сестре я не дам благословения. Но запомни: ты должен терпеть. Что бы они с тобой ни делали — терпи. Если не выдержишь, следующей станет твоя сестра.]

Мальчик кивнул.

И после этого...

Мальчика больше не было.

Осталось чудовище с гладкой чешуёй.

В этом теле Тетрасеа оказался заперт в имперской лаборатории и познал боль, у которой не было конца.

Чудовищное тело, полученное как благословение, оказалось ещё и проклятием: оно не позволяло ему умереть.

И мальчик в теле чудовища только молился.

[О Мать-Земля... милосердная Мать-Земля... прошу, хотя бы мою сестру...]

Но молитва не сбылась.

Возможно, он просто обращался не к тому.

В конце концов, Ведьма Земли даже не была богиней.

[...Сто двадцать седьмой объект тоже не дал результата. Я считал, что мы уже довели его до предела. Возможно, мы неверно оценили Альфу.]

[Но если ещё повысить интенсивность эксперимента, выживание объекта уже нельзя будет гарантировать.]

[Если предел физической боли уже достигнут, давите на психику. Нужно больше отчаяния. Отнимите у него даже крохотную надежду.]

И однажды, после бесконечной череды экспериментов...

Мальчику в теле чудовища показали сестру.

[А... А-а...]

Она сгорела заживо.

Кожа обуглилась так сильно, что лицо почти невозможно было узнать.

[А-а... А...]

Но воспоминание на этом не закончилось.

Даже смерть была ему недоступна, а эксперименты продолжались без конца.

Сто двадцать восемь, сто двадцать девять, сто тридцать, сто тридцать один...

Толстенные иглы снова и снова пробивали прочную кожу Тетрика.

А потом...

[Почему только мне должно быть так больно?!]

Воспоминания дошли до последней остановки.

У-у-у-у-у-у-у-у-у!!!

В лаборатории взвыла аварийная сирена.

Дверь камеры, где держали мальчика, начала плавиться.

[Изоляция нарушена! Мутировавшая Альфа вырвалась! Всем сотрудникам немедленно...]

Бегущие исследователи превращались в кровавое месиво и исчезали.

Наконец мальчик сам вышел наружу.

Ки-и-и-и-и-и-и-и!...

Так Тетрик стал Владыкой Яруса.

«Ладно. Это я понял».

Когда последнее воспоминание исчезло, я посмотрел вперёд.

Передо мной стоял мальчик в лохмотьях, тощий до костей.

— И зачем ты мне всё это показал?

На самом деле я уже инстинктивно понимал ответ.

「Вы нашли Тетрасеа, который всё это время жил в непрерывных мучениях, подарили ему надежду и вместе с его сестрой Лаймией успешно покинули остров.」

«То есть проходной балл набран».

С Питером было так же.

В прошлый раз стоило просто вывести Тетрика с острова — прохождение засчитали, а наградой стало «Море Близнецов».

А теперь сестра выжила, да ещё и сам Тетрик озвучил своё «желание» — жить на необитаемом острове.

「Итоговая оценка: 78 баллов.」

Дополнительная награда почти гарантирована.

«Нет. Не почти. Точно».

Уже одно то, что он показался мне сам и открыл воспоминания своей прошлой жизни, отличало нынешний исход от предыдущего.

Но...

「Персонаж получает право входа в «Море Близнецов»...」

Я посмотрел на мальчика.

— Хуйню не неси.

Это не счастливый конец.

В ответ — немой вопрос.

Даже если сто раз назвать его счастливым — меня он всё равно не устраивает.

Я ведь настоящий задрот.

— Верни всё назад. Здесь ещё ничего не закончено.

Раз уж начал, надо дойти до истинной концовки.